«Было сложно понять, что это ребенок»: в РТ стартовал суд о нападении собак

Зооволонтеры пришли к зданию суда поддержать сотрудников приюта «Кот и Пес»

Душераздирающие подробности нападения стаи собак на девятилетнюю девочку стали известны сегодня в Зеленодольском суде. Мать погибшего ребенка допросили в качестве потерпевшей – она рассказала, как произошло нападение и о том, какими были последние слова ее дочери.

В этой трагедии обвинили директора благотворительного фонда «Кот и Пес» Альберта Галиева и его помощника, выполнявшего роль отловщика собак, Максима Иванова. Также на скамье подсудимых оказался депутат Айшинского сельского поселения Нияз Мингазов. Всех троих обвинили в халатности и оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

Сегодня состоялось первое судебное заседание по этому делу. Еще до начала процесса у здания суда собрались многочисленные зооволонтеры – они пришли поддержать сотрудников приюта «Кот и Пес».

Альберт Галиев – единственный из всех подсудимых, кто находится под домашним арестом, он приехал в суд в сопровождении сотрудника ФСИН. Остальные обвиняемые на свободе.

Максим и Альберт несколько лет организовывали деятельность благотворительного фонда – Альберт проводил «Уроки добра» в школах, рассказывал детям о том, что хорошо, а что плохо, учил их любви к животным и состраданию. Одновременно с этим он занимался управлением приютом и всей документацией. Максим и его супруга работали непосредственно в приюте – на них была забота о животных. На сегодня под их опекой сотни кошек и несколько десятков собак.

Шесть лет назад «Кот и Пес» заключил контракт с исполкомом Зеленодольского района на оказание услуг отлова, стерилизации и вакцинации собак. По договору фонд должен отлавливать собак во всем районе, площадь которого составляет 1,4 тысячи квадратных километров, разделенных Волгой.

28 ноября 2025 года в СНТ «Здоровье» на территории, которую обслуживали Максим и Альберт, произошла страшная трагедия. Девятилетняя девочка возвращалась домой из школы одна, и в этот момент на нее набросилась стая собак. Отогнала их случайная прохожая, но к этому моменту животные уже нанесли тяжелые травмы ребенку. Спустя три недели девочка скончалась в больнице.

4 декабря сотрудников приюта арестовали – их отправили под домашний арест, однако позже с Максима Иванова сняли ограничения.

Также в декабре меру пресечения в виде запрета определенных действий избрали Ниязу Мингазову. По версии следствия, депутат, занимая должность руководителя департамента ЖКХ, осознавая, что фонд «Кот и Пес» не способен выполнить взятые обязательства, заключил с ним контракт почти на 5,3 млн рублей. Следствие утверждает, что Мингазов обязан был контролировать работу отловщиков и передавать им заявки на отлов собак.

«За 2025 год от СНТ, где собаки напали на девочку, поступали две заявки – обе были отработаны»

Больше полугода длилось следствие, и сегодня все трое обвиняемых предстали перед судом. Сегодня они отказались от комментариев. Поговорить с прессой согласился только адвокат Максима Иванова Владимир Коцубей.

«Иванов выполнял свою работу надлежащим образом, он выезжал на все заявки, отлавливал собак и отвозил их в приют, где их стерилизовали. То есть все работы по муниципальному контракту выполнялись. Мы считаем, что все обвинение построено только на предположениях, мы считаем, что оно не обосновано. Иванов должен был выезжать исключительно по заявкам от муниципалитета. Тем не менее он по собственной инициативе осуществлял мониторинг, объезжал населенные пункты, в том числе был и в СНТ “Здоровье”. В день, когда произошла трагедия, по графику обслуживания он находился в Зеленодольске», – рассказал защитник.

Как выяснилось, за весь 2025 год от СНТ, где собаки напали на девочку, поступали две заявки – обе они были отработаны Максимом, добавил Владимир Коцубей.

«Есть сведения о том, что местные жители прикармливали собак», – добавил он.

Однако людей, которые кормили дворняг, к ответственности не привлекли.

К слову, «Татар-информ» рассказывал о том, что в Казани вынесли приговор хозяину производственной базы в Самосырово Иосифу Лифшицу. 9 ноября 2024 года 17 собак, которых он содержал, вышли с территории промбазы и примерно в 60 метрах от нее напали на женщину – жительница Константиновки скончалась от множества рваных ран и укусов.

Суд постановил назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год и 10 месяцев с запретом заниматься деятельностью по разведению и содержанию собак на 2,5 года.

«Моя средняя дочка до сих пор боится собак, каждый день плачет»

Суд выделил самый большой зал заседаний, чтобы вместить прессу и слушателей. Все замерли в ожидании начала процесса. Выделялась из толпы миниатюрная женщина – она сидела, сгорбившись, вжавшись в кресло, и пыталась прятать свои слезы. Это была мать погибшей девочки Анастасия Закамская. Журналистам она рассказала – уверена, что именно сотрудники приюта и депутат виноваты в смерти ее дочери.

«Я бы хотела самого строгого наказания для них. Они виноваты в своей халатности и бездушности», – женщина говорила с трудом.

Она отметила, что собаки до сих пор гуляют по территории СНТ.

«Их прикармливали жители и волонтер – кажется, ее зовут Лейсан. Я пыталась с ней поговорить, но в ответ были нецензурные жесты. Она закрывала окно в своей машине и уехала. После происшествия она не приезжала, подкормов, насколько я вижу, уже нет. Моя средняя дочка до сих пор боится собак, каждый день плачет – ей скоро семь лет, она все понимает. Она боится уже даже домашних собак и даже знакомых», – рассказала Анастасия Закамская.

Начался суд со стандартной процедуры установления личности участников процесса. Когда очередь дошла до матери погибшей девочки и ее спросили, сколько у нее на иждивении детей, она взяла паузу, а потом с трудом произнесла: «Уже двое».

Затем около полутора часов сотрудник прокуратуры зачитывал обвинение. Он цитировал нормы закона и различные положения, согласно которым должны были работать подсудимые. Основные претензии к приюту: неисправные технические средства отлова, отсутствие табличек на вольерах, вольеров для дезинфекции и так далее. Также сторона обвинения уверена, что все трое ненадлежащим образом выполняли свои обязанности, что и привело к трагедии.

Когда гособвинитель стал перечислять травмы, которые собаки нанесли девочке, ее матери стало совсем плохо – ее затрясло, и, не в силах справиться с эмоциями, она зарыдала, закрывая рот платком, чтобы не мешать процессу. Она сжимала руки, ее лицо покраснело.

Как следует из материалов дела, девочка скончалась от многочисленных травм – на ней буквально не осталось живого места. После произошедшего она впала в кому, а затем скончалась от сепсиса, отека мозга и легких.

Все трое подсудимых заявили суду, что вину в смерти ребенка не признают.

«Меня спросили: “Это ваш ребенок?”, я сказала: “Нет“, – было сложно понять, кто это лежит»

Последним пунктом заседания на сегодня был допрос матери девочки. Он продлился полчаса и стал тяжелым испытанием для самой женщины.

«В тот день должна была приехать волонтерша, которая кормила собак. Они как будто ее ждали – она опоздала. Вместо волонтерши дождались мою дочь. Заявки от председателя на отлов собак были, как мне сказали, две или три, на одну заявку они вроде как приезжали, но никого не поймали, а на две другие вообще реагировать не стали. Я не знаю, как можно быть таким бездушным человеком. Приехав на место происшествия, он стал говорить о деньгах. Его попросили отловить собак, а он стал спрашивать, сколько ему заплатят», – рассказывала она.

Анастасия Закамская отметила, что всегда провожала и встречала дочь из школы.

«У меня есть грудной ребенок, в тот день я кормила его и не успела встретить дочку. Я уложила младшую спать, стала в спешке собираться, параллельно звоня дочери, но она уже не отвечала. Я опоздала буквально на две минуты. Я вышла и увидела, что у ворот нашего СНТ стоят люди. Они спросили меня: “Это ваш ребенок?” Я сказала, что нет. Честно говоря, было сложно понять, что это вообще ребенок лежит. Я вышла за ворота, и тогда до меня дошло осознание, что это моя дочь. У нее не было волос, по крайней мере с той стороны, которой она лежала ко мне. Я накрыла ее своим пальто. Потом прибыла скорая. Когда ее грузили на носилки, она еще говорила: “Мама, мама”», – вспоминая эти ужасные подробности, женщина задыхалась и периодически переходила на шепот. Чувствовалось, у нее заканчивались силы, чтобы говорить.

Мать девочки рассказала, что в СНТ они с супругом и детьми переехали два года назад. Поначалу собак там было не так много, а потом появилась беременная собака, которая родила около восьми щенков. Они жили в заброшенном домике охранника, расположенном рядом с воротами.

«Собаки вели себя агрессивно, огрызались, все их боялись. Люди говорили, что не могли даже дойти до мусорной площадки, выкинуть мусор, не могли воды набрать. Их все боялись», – добавила она.

Анастасия рассказала, что дворняги даже до смерти закусали их котенка.

«Дочка любила не только собак, в целом животных, относилась к ним спокойно. Я всегда объясняла ей, как себя вести в случае агрессии бездомных собак, она все эти правила соблюдала. Эти собаки нет-нет да огрызались, но к нам не подходили. В принципе, она точно не могла ожидать от этих собак такого», – рассказала мать девочки.

Свидетели по делу сегодня в суд не явились, поэтому на этом судебное заседание было решено завершить. Единственное, подходил к концу срок содержания под домашним арестом подсудимого Альберта Галиева. Выслушав доводы сторон, судья удалилась в совещательную комнату. Вернувшись, несмотря на просьбы прокуратуры продлить Галиеву арест, она постановила отпустить его из-под домашнего ареста и избрала в качестве меры пресечения запрет определенных действий.