«Отелло» в концертной версии: как на фестивале Шаляпина разыграли трагедию Верди

Импровизация во имя успеха

Финальным аккордом 44-го Международного оперного фестиваля имени Шаляпина стала опера «Отелло». Это вторая после «Свадьбы Фигаро» премьера в программе музыкального форума. Татарский театр оперы и балета имени Джалиля представил ее в полуконцертном исполнении – не как полноценный спектакль с декорациями и костюмами, а в формате, где оркестр и хор находятся на сцене на протяжении всего действия, а вокалисты исполняют партии с элементами актерской игры.

«Мы такие молодцы, приехали сюда подготовленные: смокинги, бабочки, а нам сказали – нет-нет-нет, этого ничего не будет, за пюпитры с нотами вы не встанете, у нас здесь так нельзя, мы будем полностью играть все на сцене, будет много зависеть от импровизации, от мастерства каждого. Этим и интересно – мы приняли этот вызов. Половина идей рождается на сцене и поддерживается коллегами с полувзгляда. Каждый несет свой опыт разных постановок, в итоге мы имеем что-то потрясающее, уникальное», – рассказал журналистам исполнитель партии Кассио, солист Мариинского театра Роман Широких.

Для Широких «Отелло» в казанском театре стал уже 25-м выходом на сцену в партии разжалованного капитана Кассио. В то же время для певца это долгожданный дебют на родине – Роман родом из Набережных Челнов.

«Исполнилась моя мечта: я давно хотел вернуться на родину и спеть в этом театре. Я родился в Татарстане, потом я уехал, долго учился, набирался опыта – в Мариинском театре, в Большом театре – и наконец получил приглашение сюда. Был невероятно счастлив!» – признался тенор.

Зрителям наверняка запомнилась комичная сцена в первом акте, когда невысокого и стройного Кассио в драке буквально поднимает над землей сослуживец-здоровяк. Эта схватка – режиссерский ход постановщицы Екатерины Ароновой, которая удачно обыграла физические особенности исполнителей.

«Это одна из немногих идей, которая была заготовлена. Моя же импровизация была в том, что я ударил его кубком по голове. Импровизации на самом деле в опере получилось много, от этого всем лучше – интересно нам, интересно зрителям, потому что это живо. А с такими партнерами, как у меня, мне ничего не страшно. Я знаю, что любую мою идею на сцене поддержат коллеги, как и я их поддержу», – сказал Роман Широких.

Два Отелло, одна Дездемона

Главную партию – Отелло – в два премьерных вечера исполнили разные солисты. 1 марта на сцену вышел заслуженный артист Армении, солист Армянского театра оперы и балета и Мариинского театра Ованнес Айвазян. 2 марта партию исполнил хорошо знакомый казанской публике заслуженный артист России, народный артист Татарстана Ахмед Агади.

«Отелло для теноров – самая сложная партия, и не только вокально, но и по объему – все четыре акта он не уходит со сцены. Очень трудно еще и потому, что это очень эмоциональная партия. Несмотря на то что Отелло успешный полководец, он оказался слишком доверчивым к словам Яго, которого считал другом. Даже когда я не пою, я же не могу сидеть спокойно – он такие вещи рассказывает, что Кассио делал с моей Дездемоной!.. Очень устаешь психологически. В жизни так же: когда знаешь, что муж изменил или жена, спокойным не будешь. Это как и Герман в «Пиковой даме», которого надо не только петь – играть», – рассказал Агади о своем персонаже.

Концертное исполнение, по его словам, добавляет дополнительного напряжения: публика находится от артистов на расстоянии 1,5-2 метров, каждый зритель всматривается в героев оперы, что, с одной стороны, может отвлекать и смущать, а с другой – и сам артист не может при этом долго смотреть в одну точку.

Партию оклеветанной Дездемоны оба вечера исполняла солистка Московского музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко Елена Гусева. Да так, что в первый вечер премьеры сам дирижер постановки Марко Боэми после молитвы Дездемоны развернулся на своем подиуме от оркестра к солистке и аплодировал.

«Опера написана так, что там практически нет пауз между ариями. Верди не предусматривал время для аплодисментов. Но в первом показе после того, как Дездемона спела свою молитву, это было настолько прекрасно, настолько божественно, что и зал зааплодировал, и оркестр ненадолго остановился. Исполнительница Елена Гусева обладает действительно прекрасным голосом, а сам Верди, когда писал эту оперу, хотел, чтобы голос Дездемоны был похож на голос ангела – был бы очень красивым. Например, в опере «Макбет» Леди Макбет для премьеры предложили Верди певицу Тадолини, но он отказался взять ее, сказав, что у нее слишком красивый голос, а Леди Макбет должна обладать таким голосом, как будто она пришла на Землю из ада, – голос должен быть более сильный, жесткий, мощный. У Елены Гусевой очень красивый голос, и она очень подходит на исполнение этой партии», – подчеркнул Марко Боэми.

Мультимедийная книга Шекспира

Чтобы усилить ощущение эпохи, музыку Джузеппе Верди, написанную в 1886 году, сопроводили подвижным мультимедийным фоном. Зритель словно перелистывал страницы книги с терновым венком на обложке, в которой Уильям Шекспир в 1603–1604 годах рассказал историю о муже-ревнивце: на экране возникали бушующее море, венецианский флот, ночной сад, колонный зал дворца и спальня Дездемоны.

При этом «Отелло» английского «короля трагедии» имеет и более ранний первоисточник – новеллу итальянца Чинцио Джиральди «Венецианский мавр», написанную в 1566 году. Так сюжет XVI века спустя три столетия будто закономерно оказался переложен в музыке именно на итальянский язык.

«Либретто перевел с английского на итальянский Арриго Бойто. Он сам был композитором, а также поэтом. При переводе он использовал сложный язык – не повседневный, не разговорный итальянский язык. Иногда он использовал такие сложные слова, что даже многие итальянские певцы, с которыми я сотрудничал, не до конца понимают их смысла. Это запутанный, сложный язык, тем более что и у Шекспира оригинал тоже написан сложными конструкциями. И в этом есть определенная сложность и особенность. Обычно сюжеты итальянских опер очень простые, лапидарные: мама, любовь, смерть, а здесь сложные персонажи, психологически запутанные и глубокие настолько, что иногда нельзя однозначно сказать, что это хороший человек, а это злодей», – обратил внимание итальянец Марко Боэми.

Именно опера «Отелло», по его мнению, наряду с позднейшими творениями «Фальстаф» и «Дон Карлос» – лучшие произведения Джузеппе Верди, в которых сочетаются глубина музыки и глубокая проработка характеров.

Ключевая сцена – удушение Дездемоны, – несмотря на концертный формат постановки, получилась одновременно правдоподобной и деликатной. В какой-то мере даже красивой и изящной: Отелло набрасывается на жену, повернувшись спиной к зрителям. Через несколько мгновений сопротивление женщины ослабевает и прекращается.

Трагедия Шекспира в большой цифровой книге оказывается дочитана до последней страницы.

44-й Международный оперный фестиваль имени Шаляпина, напомним, открыли два премьерных вечера «Свадьбы Фигаро» – 30 и 31 января. Всего в программе форума было десять спектаклей и концертов, в том числе «Аида» со Светланой Касьян, традиционный в день рождения Шаляпина «Борис Годунов» и премьера позапрошлого сезона «Жизнь за царя».