news_header_top_970_100
news_header_bot_970_100

«Финансовые проблемы очевидны»: «дочка» турецкой Gemont вступила на путь банкротства

Процесс банкротства российской «дочки» турецкой Gemont, строившей «этиленник» на «Нижнекамскнефтехиме» и накопившей свыше 18,6 млрд рублей долгов, стартовал в Татарстане. Сегодня Арбитражный суд ввел в компании процедуру наблюдения.

news_top_970_100

ООО «Гемонт», строившее этиленовый завод ЭП-600 для «Нижнекамскнефтехима», заявило о своей несостоятельности

Фото: president.tatarstan.ru

Процедура наблюдения с нежеланным Миллером

Строитель «этиленника» для «Нижнекамскнефтехима» – компания ООО «Гемонт» сама заявила о своей несостоятельности. Исковое заявление поступило в суд 14 июля. Согласно материалам арбитража, долги компании превышают 18,6 млрд рублей.

В компании введена процедура наблюдения на 4 месяца, до 7 апреля 2023 года. Временным управляющим утвержден член СРО «Союз арбитражных управляющих «Правосознание» Артур Миллер. За каждый месяц осуществления своих полномочий он будет получать стандартные 30 тыс. рублей.

Ранее представитель «Гемонта» возражал против этой кандидатуры. По его словам, Миллер является арбитражным управляющим компании «Татнефть-НК-Ойл», 20% долей которой принадлежит «Нижнекамскнефтехиму» (НКНХ), и последний, «скорее всего, будет крупным кредитором "Гемонта"». Юрист должника напомнил, что между НКНХ и турецкой компанией был заключен договор строительного подряда почти на 600 млн долларов. И засомневался в том, что «Миллер будет осуществлять свои полномочия как независимое лицо, которым он должен быть в силу закона». Он предложил направить запрос в ту же саморегулируемую организацию по поводу другой кандидатуры.

Заседание по делу о банкротстве российской «дочки» турецкой Gemont назначено на 5 апреля будущего года. Миллер приступил к своим обязанностям, можно сказать, сразу по окончании судебного заседания. Он обстоятельно пообщался с представителем «Гемонта», обсудив все проблемные моменты и набросав предполагаемый план действий. 

Масштабная забастовка и обыски в рамках уголовного дела

Напомним, что проблемы в компании начались в марте этого года – рабочие «Гемонта», задействованные в строительстве этиленового завода ЭП-600, устроили масштабную забастовку, требуя проиндексировать зарплату. Ее турецким рабочим выплачивали в рублях, и из-за резкого скачка курса доллара с учетом конвертации их доход существенно снизился. Чтобы прекратить «восстание», до конца того же дня зарплату обещали пересчитать и выплатить разницу.

Спустя несколько недель в офисе «Гемонта» прошли обыски в рамках уголовного дела, возбужденного в связи с уклонением от уплаты налогов в особо крупном размере. По данным следствия, компания в 2017-2019 годах недоплатила в бюджет более 1 млрд рублей. А в конце сентября стало известно о том, что полиция Нижнекамска в связи с этими обстоятельствами объявила в розыск экс-гендиректора «Гемонта» Акташа Мухиттина. 

Компания «Гемонт» – многолетний партнер группы «ТАИФ», возводивший установки на производственных объектах холдинга. В конце прошлого года группа продала нефтехимические активы СИБУРу. В июле этого года СИБУР решил расторгнуть контракт с «Гемонтом» как генподрядчиком строительства комплекса ЭП-600.

«Причиной расторжения контракта с организацией стало критическое финансовое состояние, в частности отсутствие возможности осуществлять операционную деятельность по проекту. Как мы ранее отмечали, несмотря на исполнение всех финансовых обязательств со стороны заказчика проекта ЭП-600, компания “Гемонт” сформировала значительный долг перед контрагентами, налоговой службой. “Нижнекамскнефтехим” обеспечил финансирование полного погашения задолженности “Гемонтом” перед своим строительным персоналом, а также принял участие в организации рейсов домой для граждан Турции, желавших вернуться в страну. Благодаря этому домой вернулись около 4 тыс. сотрудников», – сообщали «Татар-информу» в компании «Нижнекамскнефтехим».

Полиция Нижнекамска объявила в розыск экс-гендиректора «Гемонта» Акташа Мухиттина

Фото: president.tatarstan.ru

«Есть информация, что в Стамбуле не находился…»

Как ранее рассказывал «Татар-информ»до 11 августа заявление российской «дочки» турецкой Gemont оставалось без движения, так как было подано лицом, не имеющим полномочий на ведение дел о банкротстве. Дело в том, что к заявлению была приложена доверенность от 30 мая на имя Айвара Маликова, выданная генеральным директором ООО «Гемонт» Четин Хайдар Керимом. Но в ней не было прямого указания на то, что она дает право на подписание заявления о несостоятельности. Затем необходимые документы поступили. 

А 16 августа о банкротстве «Гемонта» заявил и Сбербанк. Он просил признать компанию несостоятельной по упрощенной процедуре – минуя наблюдение, как отсутствующего должника. В середине сентября дело отложили в связи с жалобой все того же кредитора. Сбербанк посчитал, что татарстанский арбитраж вообще был не вправе принимать заявление о банкротстве многолетнего партнера группы «ТАИФ», возводившего установки на производственных объектах холдинга. 

Представитель банка Тимур Сафин ранее говорил в суде, что заявление о банкротстве подписано представителем «Гемонта» Айваром Маликовым на основании доверенности от 2 августа 2022 года, которая была выдана новым генеральным директором «Гемонта» Ильей Харлановым. При этом в подтверждение полномочий гендиректора представлено решение единственного участника ООО «Гемонт» Садыка Акмана от 29 июня, которое «вопреки требованиям законодательства не было удостоверено нотариально». Кроме того, представитель Сбербанка заявил, что ставит под сомнение действительность самого решения. Он объяснил почему.

«Первое – это то, что документ составлен на русском языке. Полагаем, что участник общества русским языком не владеет. И второй момент: что 29 июня, по нашему мнению, исходя из сообщений СМИ, учредитель находился не в Стамбуле, как это указано в решении, а на территории РФ», – сообщил он. По-видимому, он имел в виду сообщение в прессе о том, что Садык Акман в это время якобы нанес лично визит в Нижнекамск, пытаясь уладить вопрос с СИБУРом, который расторг с компанией контракт на строительство «этиленника» для «Нижнекамскнефтехима». 

В свою очередь Маликов касательно подозрений Сбербанка отметил, что он, по его мнению, просто «пытается перехватить контроль над процедурой [банкротства]».

В прессе были сообщения о том, что Садык Акман якобы лично нанес визит в Нижнекамск, пытаясь уладить вопрос с СИБУРом

Фото: president.tatarstan.ru

Банкротить по упрощенной процедуре

Сегодня на заседании представитель Сбербанка напомнил, что кредитная организация выступает за введение конкурсного производства по упрощенной процедуре. Он посетовал, что отклика от самого «Гемонта» на этот счет не получил. А ранее была представлена информация, что он продолжает вести деятельность, но подтверждающих документов не было. Между тем, по информации Сафина, компания отсутствует по указанному адресу. Отсутствует у нее и руководство, и люди, «способные принимать решения». По его мнению, всего этого достаточно для введения «упрощенки». 

Представитель «Гемонта» в ответ сообщил, что законом предусмотрена возможность ведения упрощенной  процедуры только по заявлению конкурсного кредитора и уполномоченного органа. «Это положение закона более чем логично», — сказал он. — Оно означает, что, подавая заявление о своем банкротстве, должник тем самым подтверждает, что он не отсутствует, он здесь». Он напомнил, что рассматривается их заявление, а они просят в нем ввести процедуру наблюдения. 

Сбербанк выступает за введение конкурсного производства по упрощенной процедуре

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

НКНХ «Гемонт» остается должен ориентировочно 5 млрд рублей

По словам Маликова, у «Гемонта» есть руководитель и он находится в Нижнекамске. С основными кредиторами — «Нижнекамскнефтехимом», Иркутским заводом полимеров, «Газпромавтоматизацией» и ФНС — «ведется огромная переписка для уменьшения задолженности и приемки результатов работ, а также сохранения имущества». И эта  деятельность направлена на минимизацию убытков.

По данным «Татар-информа», у «Газпромавтоматизации» относительно остальных небольшая сумма материальных претензий: подан иск на 1,3 млрд рублей. «Нижнекамскнефтехиму» «Гемонт» остается должен ориентировочно 5 млрд рублей и около 3 млрд рублей  Иркутскому заводу полимеров, еще 2,5 млрд рублей он не заплатил ФНС.

Маликов сообщил, что в суд представлена налоговая отчетность «Гемонта», а также кадровая: «Это подтверждает, что деятельность сейчас ведется, люди работают». Суду представлены данные об имуществе, выписки из ЕГРН, сведения о депозитах, векселях, заложенных Сбербанку на общую сумму больше миллиарда рублей. «Денежные средства у компании, конечно же, есть», — подчеркнул юрист должника. Сам Сбербанк, добавил юрист, так же ведет переписку по рабочим вопросам с компанией «Гемонт». «Перечисляется только зарплата. Финансовые проблемы очевидны», — подытожил Маликов ситуацию, в которой оказался российско-турецкий строитель. 

Представитель ФНС Ильнар Сабиров сказал, что так как они тоже обратились с заявлением о несостоятельности «Гемонта», то его заявление поддерживают: «По нашему мнению, процедура банкротства необходима». Что же касается кандидатуры арбитражного управляющего, если подтвердится, что он аффилирован с «Нижнекамскнефтехимом», налоговая тоже против. По поводу этих подозрений высказался сам Артур Миллер, участвовавший в заседании. Он отрицал какую-либо связь с компанией «Татнефть»-НК-Ойл». К тому же отметил, что банкротство этой компании в ноябре уже завершилось.   

Есть большой объем выполненных работ, но документация по ним не подписана

Фото: tatarstan.ru

Не подписаны документы примерно на 5 млрд рублей 

Айвар Маликов позже пояснил «Татар-информу», что пока общая сумма долга «Гемонта» та же, что была ими ранее озвучена,  18,6 млрд рублей, и она «вряд ли увеличится, разве что уменьшится». По его словам, эти надежды связаны с тем, что есть большой объем выполненных работ, но документация по ним не подписана. По оценке юристов, ведущих банкротное дело «Гемонта», если бумаги все же будут подписаны, сумму долга «можно будет уменьшить миллиардов на пять точно».

Плюс к тому, говорит Маликов, есть момент с НД. «Когда принимается аванс, компания должна заплатить налог на добавленную стоимость. Когда же у них принимается выполнение работ, они этот НДС могут вычесть», — сослался он на объяснения бухгалтерии. Маликов отметил, что этот вычет «тоже может быть на крупную сумму». 

Известно, что сейчас на территории России какие-либо строительные работы компания «Гемонт» не ведет: все договоры расторгнуты. Но продолжается деятельность по финальным сдаточным работам на трех объектах: в Нижнекамске, Усть-Куте Иркутской области и Омске.

«Были выплачены авансы. Нужно определить объем выполненных работ», — говорит юрист «Гемонта». Почему остается неподписанной документация на столь большую сумму? «Я не знаю, — сказал собеседник агентства. — Наверное, если есть возможность к чему-то придраться и не принять работы, строгий заказчик может вполне обоснованно это сделать». К тому же если знаешь, что исполнитель работ балансирует на грани банкротства, «этим можно манипулировать».

Сейчас на территории России какие-либо строительные работы компания «Гемонт» не ведет: все договоры расторгнуты

Фото: upch.tatarstan.ru

По мнению Маликова, сумму долга эти заказчики уже не увеличат: «Она доказывается очень просто — платежным поручением о выплате аванса». А вот с определением объема работ уже возникли первые сложности. Так, московские эксперты запросили за такую экспертизу по заводу для «Газпромавтоматизации» в Омске 6 млн рублей. Айвар Маликов сказал, что по поводу возможности-невозможности восстановления платежеспособности «Гемонта» есть разные точки зрения даже в их команде привлеченных юристов.

«Кто-то думает, что можно что-то сохранить. Но если говорить про восстановление, у строительной компании нет каких-то больших активов, это же не завод. Это там, условно говоря, очистился от долгов и дальше продолжай работать. Поэтому все сложно. Но, с другой стороны, сейчас на начало процедуры очень много эмоций: тому не заплатили, другому. С одной стороны, это понятно. Но когда начинаешь смотреть статистику, а я как банкротный юрист могу сказать, что она в среднем составляет 5 процентов от суммы долга. То есть если вам должны рубль, то вам выплатят через пять-шесть лет пять копеек. Спустя год это немного отрезвляет людей и они, условно говоря, может, согласятся на 30% погашения долга в результате мирового соглашения. Это не предложение, а просто мое мнение. Но это тоже может быть и вполне возможный исход», — сказал он.

Собеседник «Татар-информа» добавил, что изучал этот вопрос не в России — за границей. И там, отмечает он, как раз таки не ждут пять лет и просто заключают мировое соглашение, соглашаясь на какой-то дисконт: «Зато они получат живые деньги сейчас».  

news_right_column_1_240_400
news_right_column_2_240_400
news_bot_970_100