«Знает всю внутреннюю кухню аэроклуба»: кто возглавил ЦАК Татарстана

Самолеты и планеры пока остаются на земле

Центральный аэроклуб Татарстана переживает, пожалуй, один из самых непростых периодов в своей более чем 90-летней истории. Родители летчиков-курсантов пожаловались в СМИ, что те прошли теоретическую и наземную подготовку, однако к практическим полетам так и не приступили. В Куркачах приостановили полеты самолетного звена, в Балтаси – планерного. Не выполнялись парашютные прыжки по военно-учетной специальности.

В авиационной среде это вызвало тревогу. Звучали предположения, что сокращение сотрудников и остановка полетов могут привести к постепенному прекращению деятельности клуба. Опасения усиливались тем, что из ЦАК ушла часть специалистов, связанных с подготовкой техники и организацией полетов.

Однако для возобновления полетов недостаточно наличия самолетов, инструкторов и готовых к практике курсантов. Техника должна пройти обслуживание, летчики – подтвердить допуски, а аэродромы – отвечать требованиям безопасности. Поэтому, объясняет председатель правления ДОСААФ Татарстана Сергей Старостин, самолеты и планеры пока остаются на земле.

«Аэроклубу всегда уделялось внимание со стороны руководства республики и ДОСААФ РТ. Главным условием его деятельности является безопасность граждан. В связи с этим техника и подготовка летного состава должна соответствовать всем предъявляемым требованиям. Пока этого не достигнуто, полеты проводиться не могут. Отступление от этого приводит к тяжким последствиям. Повторение трагедии пятилетней давности, когда погибли шестнадцать человек, недопустимо», – рассказал Сергей Старостин «Татар-информу».

Речь идет о крушении самолета L-410 с парашютистами под Мензелинском в октябре 2021 года. Тогда погибли 16 человек, шестерым удалось выжить. Эта трагедия стала одной из самых тяжелых страниц в истории татарстанской авиации.

В аэроклубе появился новый руководитель

Остановка летной деятельности болезненно воспринимается всеми, кто связан с аэроклубом. В руководстве ДОСААФ не отрицают, что в работе ЦАК накопились серьезные проблемы. Однако считают, что сохранять прежнюю модель было бы неправильным.

По словам Сергея Старостина, расходы на содержание штата не были равны объему финансирования, а распределение сотрудников – текущим задачам ЦАК.

«Штатная численность сотрудников не соответствовала фонду заработной платы и задачам, которые выполнял аэроклуб», – заявил он.

Также он сообщил, что за последнее время была проведена работа по ремонту и приведению в соответствие инфраструктуры.

«По требованию надзорных органов организована охрана аэродромов «Балтаси» и «Куркачи», обеспечен пропускной режим. Строится ограждение аэродрома», – сказал Старостин.

Но самое интересное для среды авиаторов в заявлении, что в аэроклубе появился новый руководитель.

«Назначен руководитель аэроклуба – Виктор Ермоленко, с которым установлено взаимодействие и полное понимание проблем», – заявил глава ДОСААФ РТ.

Что значит для республики аэроклуб

История Казанского аэроклуба началась в 1933 году. Его создали по решению президиума Татарского областного совета Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству (ОСОАВИАХИМа). С тех пор здесь готовили пилотов, летчиков-инструкторов и спортсменов-парашютистов.

Особую роль аэроклуб сыграл в годы Великой Отечественной войны. Более 400 его выпускников прошли первоначальную летную подготовку, после чего продолжили обучение в военных авиационных училищах. Четырнадцать воспитанников клуба стали Героями Советского Союза, среди них – Михаил Девятаев и Николай Столяров.

В 1951 году Казанский аэроклуб вошел в систему ДОСААФ СССР. За последующие десятилетия здесь подготовили несколько тысяч пилотов-спортсменов для самолетной и вертолетной авиации. Многие выпускники добились успехов в авиационном спорте, становились чемпионами и устанавливали рекорды российского, европейского и мирового уровня.

Современный ЦАК был сформирован в 2002 году после объединения Национального аэроклуба Татарстана в Куркачах и Казанского авиационно-спортивного клуба в пос. Балтаси. Так под одним управлением оказались две разные, но дополняющие друг друга авиационные площадки.

Куркачи связаны прежде всего с самолетной и парашютной подготовкой. Балтаси – одно из знаковых мест российского планерного спорта. Особенности местности и воздушных потоков позволяли пилотам совершать продолжительные полеты, а местная школа воспитала спортсменов и будущих летчиков-испытателей.

Для Татарстана работа Центрального аэроклуба имеет особое значение. Республика остается одним из крупнейших авиационных центров страны. Здесь работают Казанский авиационный и Казанский вертолетный заводы, предприятия авиационного приборостроения, конструкторские подразделения, КНИТУ-КАИ.

Но путь в авиацию редко начинается сразу с заводского цеха, конструкторского бюро или кабины пассажирского самолета. Чаще он начинается с первого знакомства с техникой, запаха аэродрома, нескольких минут в планере или прыжка с парашютом. Аэроклуб дает подростку возможность не просто мечтать о небе, а проверить свою мечту. Понять, готов ли он к дисциплине, ответственности и постоянной учебе.

Старостин заверил, что все вопросы аэроклуба будут решены, а работа построена на качественно другом уровне.

Человек, который провел в небе большую часть жизни

Возглавить Центральный аэроклуб Татарстана доверили Виктору Ермоленко. Для нового начальника это не переход в незнакомую сферу, а возвращение к истокам – в среду, из которой начался его путь в большой авиации.

В авиационной среде республики его представлять почти не нужно. Для остальных перечислим: у него более 8 тыс. прыжков с парашютом, входил в сборную СССР, устанавливал мировые рекорды, имеет квалификацию летчика-инструктора, собственные авиационные разработки, в том числе самолетов.

Ермоленко родился 27 июля 1956 года в городе Талгаре Алма-Атинской области Казахской ССР. В 1981 году окончил Казанский авиационный институт по специальности «двигатели летательных аппаратов».

К моменту получения диплома он уже несколько лет выступал за сборную СССР по парашютному спорту. В национальную команду Ермоленко входил с 1978 по 1990 год. Стал мастером спорта СССР международного класса и рекордсменом мира.

В 1995 году Ермоленко стал абсолютным победителем Открытого Балканского чемпионата по парашютному спорту в Турции. Сборная Татарстана на этих соревнованиях заняла второе место.

Со временем парашютный спорт дополнился пилотированием. Ермоленко получил квалификацию летчика-инструктора, освоил Ан-2, Як-18, Ил-103, легкие самолеты А-20 и А-22, МВЕН-2 «Фермер» и реактивный учебно-тренировочный Л-29. Его общий налет – около 1,5 тыс. часов.

Он знает аэроклубную систему изнутри – и как спортсмен, и как инструктор. В разные годы руководил республиканскими федерациями авиационных видов и парашютного спорта, участвовал в подготовке пилотов и развитии малой авиации.

Парашют, который спасает самолет

В конце 1980-х годов Виктор Ермоленко вместе с тренером сборной СССР Михаилом Невельским решил перенести спортивный опыт в авиационное производство. В 1990 году в Казани появилась фирма «МВЕН». Название сложили из имен и фамилий ее создателей: Михаил, Виктор, Ермоленко, Невельский.

Сначала Ермоленко работал техническим директором предприятия, а в 2001 году стал генеральным директором и занимал эту должность до 2018-го.

Одним из главных направлений работы компании стали быстродействующие парашютные системы спасения легких самолетов. Обычный индивидуальный парашют предполагает, что пилот должен покинуть кабину. Но в малой авиации полеты часто проходят на небольшой высоте, где для этого просто не хватает времени. Еще сложнее спастись пассажиру, который никогда не прыгал с парашютом.

Казанские конструкторы предложили иной принцип: в аварийной ситуации мощный парашют раскрывается над воздушным судном и опускает на землю весь самолет вместе с людьми.

Так парашют, который прежде спасал одного человека, стал системой спасения целой машины.

Системы «МВЕН» устанавливали на легкие воздушные суда российских и зарубежных производителей, а сама компания сообщала о десятках спасенных людей.

«Фермер», который должен был заменить Ан-2

Позже «МВЕН» создала собственные легкомоторные самолеты из композитных материалов.

Одной из таких машин стал МВЕН-2 «Фермер». Самолет предназначался для обработки сельскохозяйственных угодий и рассматривался как более экономичное решение по сравнению с Ан-2. Небольшая машина могла выполнять полеты на малой высоте, распылять удобрения и средства защиты растений.

Позднее компания приступила к разработке более крупного специализированного сельскохозяйственного самолета МВ-500. Его создавали не как универсальную машину, которую затем приспосабливают под работу над полями, а именно для авиационно-химических задач.

В октябре 2014 года опытный образец впервые поднялся в воздух. В кабине находился Виктор Ермоленко. Самолет, созданный коллективом под его руководством, он проверял лично.

Позднее машина получила название Т-500. Проект рассматривали как возможность вернуть России собственный современный самолет для сельского хозяйства. Его судьба оказалась непростой: серийное производство столкнулось с финансовыми и корпоративными трудностями. Но Т-500 остался заметной попыткой создать в Татарстане новый продукт для малой авиации.

Ермоленко также стал автором и соавтором ряда изобретений. Среди них – парашютные системы, авиационные спасательные капсулы, элементы конструкции самолетов, устройства раскрытия и автоматического отсоединения парашюта. Изобретательской работой он продолжал заниматься и после ухода с поста руководителя «МВЕН».

«Полеты будут возобновлены»

Виктор Ермоленко в беседе с «Татар-информом» сообщил, что пока еще не заступил в должность. Но, тем не менее, поделился своим видением и отметил, что задача у аэроклуба – это готовить молодых специалистов авиационного профиля.

«На этой неделе я осматривал базы в Балтасях и Куркачах – обе базы находятся в прекрасном состоянии. Команда во главе со Старостиным Сергеем Петровичем, порешали уйму вопросов, которые улучшили состояние базы. Что касается заборов, которые там поставили, то эти заборы ставились по требованию контролирующих органов. Аэродромы должны быть огорожены – это антитеррористическая защита. Но в то же время есть требование к площадкам, на которых ведется спортивная и учебно-тренировочная работа. Они немного разнятся. Поэтому моя задача – привести все в порядок, чтобы мы не травмировали людей, тем более что у нас летает молодежь. Просто люди не знают требования и начинают муссировать этот вопрос», – отметил авиатор.

По его словам, полеты будут возобновлены, но когда – покажет время.

«Чтобы возобновить полеты, нам нужно подготовить летный технический состав. У них был большой перерыв. Вот этим мы сейчас занимаемся», – объяснил он.

Отвечая на вопрос о сокращении штата, дал понять, что дело в зарплатах сотрудников аэроклуба.

«Знаете, там зарплаты не индексировались много-много лет, поэтому вместе с Сергеем Петровичем будем решать. У нас учредителем является Правительство республики, вот с Правительством и с руководством Центрального комитета ДОСААФ России будем решать и дальше двигаться. Конечно, все будем возрождать. Когда заставлю в должность, мы можем с вами еще раз встретиться, поговорить о перспективах, о том, как будем развивать, ваша помощь нужна будет в привлечении молодежи в аэроклубы. Будем приглашать студентов, молодежь – время сейчас сложное, нужно готовить специалистов», – заявил Виктор Ермоленко.

«Человек, который с молодых лет занимался авиацией»

Председатель Совета директоров группы компаний «Тулпар Аэро Групп» Азат Хаким назвал назначение Виктора Ермоленко главой Центрального аэроклуба Татарстана правильным и запоздалым решением.

По его словам, Ермоленко – профессионал с многолетним опытом. «Это именно тот человек, который с молодых лет занимался авиацией. Прошел всю систему ДОСААФ. Он фанат авиации», – сказал Хаким.

Новому руководителю придется столкнуться с множеством проблем на пути к восстановлению деятельности ЦАК. И один из главных вызовов – это кадры. «Потерять легко, а вот найти – практически невозможно», – посетовал Хаким.

Но, несмотря на сложности, надежда есть, считает собеседник агентства. «Профессионала вроде Ермоленко надо было ставить изначально», – считает он.

«Человек авиационный до мозга костей»

«Виктора Степановича знаю очень давно, мы сотрудничали, работали с ним вместе. Знаю, сколько он сделал для малой авиации не только нашей республики. Вполне достойная кандидатура на любой из постов в малой авиации. Мы вчера должны были с ним встретиться, я давно его не видел. Переговорим, предстоит сотрудничать, потому что мы на одной территории – соседи, база у нас в Куркачах. Думаю, найдем общий язык, как находили со всеми. Думаю, всё, что можно будет сделать, он сделает. Он человек компетентный, авиационный до мозга костей, сам прошел Балтаси, знает всю подноготную. Думаю, у него всё получится», – рассказал генеральный директор ОАО «Казанское авиапредприятие» Магомед Закаржаев.

Он вообще считает, что стоит опираться на опыт Европы, где все государственные аэроклубы перешли в частные руки.

«Там были такие же аэроклубы, так же финансировались. Сейчас все они частные, очень хорошо развиваются. Там очень много этих аэроклубов. Желающие могут получить, вложив определенные деньги, свидетельство частного пилота. Есть инфраструктура, можно летать по Европе. Там почти в каждом приличном поселке и городе есть не один аэродром, площадка, куда можно сесть, заправиться, обслужиться», – привел пример он.

По его мнению, надежда только на то, что Росавиация поменяет свой взгляд на развитие аэроклубов.

«У нас всё давилось прямо на корню. Может быть, нынешнее руководство Росавиации займет другую позицию, будет это всё развивать. Должна быть поставлена какая-то задача – для чего это всё? Чтобы там 15 ребятишек полетали на планерах? Или еще 10 полетали на самолетах? Для этого нужно давать бюджетные деньги, чтобы содержать всю эту структуру, два аэродрома. Что это дает?» – задался вопросом руководитель компании.

По его словам, аэроклуб получает госфинансирование, но также и зарабатывает на платных прыжках с парашютом, чтобы «выкручиваться».

«Если бы кто-то был готов этим заняться, вложиться в это дело, перевести на коммерческую основу. В свое время Мензелинск развивался именно таким образом. Там даже чемпионат мира по прыжкам проводился. Там вложили средства в инфраструктуру, в гостиницу. Правда, я там сам давно не был. Но до катастрофы L-410 там все было неплохо. Даже космонавты тренировались – каждый год прыгали с парашютом. К сожалению, все это остановила эта трагедия, которая до сих пор висит грузом именно на аэроклубе. Мензелинск же считался структурным подразделением национального аэроклуба», – заключил он.

«Я думаю, что аэроклуб будет возрожден»

Советник Премьер-министра РТ Назир Киреев подчеркивает, что Виктор Ермоленко является одновременно пилотом, спортсменом-парашютистом и конструктором и всегда «был завсегдатаем аэроклуба».

«Он конструктор самолетов. Его фирма создала самолет, который имеет большую перспективу по обработке сельхозугодий. Он сделан из композитов, причем еще лет двадцать назад, то есть он уже давно шагнул далеко вперед. У них современная авионика – всё, что есть в большом самолете, есть в этом маленьком самолете», – рассказал Назир Киреев.

В разработке Ермоленко были и пассажирские самолеты вместимостью до семи мест – и они тоже выполнены из композитов.

«Эту фирму он со своими единомышленниками создавал сам, это было сделано не государством. У них выручка доходила до четырех миллиардов в год, представляете? И это было несколько лет назад. Вот такие таланты есть у нас в республике. Это и Виктор Степанович, и Валерий Николаевич Побежимов (главный конструктор казанского АО «ЭНИКС», – прим. Т-и). Были у нас и другие товарищи, которые создали вертолет, который был на уровне лучших американских», – перечислил он.

Советник Премьер-министра РТ отметил, что таких, как Виктор Ермоленко, знающих всю внутреннюю кухню аэроклуба, в республике наберется не больше пяти человек.

«Я думаю, что аэроклуб будет возрожден и по пилотажу, и по парашютистам, и по планерам. Всё это нужно не просто для патриотического воспитания. Если у человека есть тяга к какому-то делу, это поможет ему определиться – хочет он этим заниматься или нет», – считает он.