news_header_top_970_100
16+
news_header_bot_970_100

Тарковский и Главлит

4 апреля исполнилось 75 лет со дня рождения одного из величайших режиссеров XX века Андрея Тарковского. В 1980 году он побывал в Казани с премьерой «Сталкера» - одного из самых известных своих фильмов. Мы публикуем отрывок из книги "Провинциальный slavянин" Роберта Копосова, где автор - журналист, кинокритик, сценарист рассказывает, как проходил этот визит

Тарковский и Главлит

До Андрея Арсеньевича Тарковского наш клуб друзей кино добирался долго и трудно. Наконец, Марина Разбежкина подружилась в Москве с его помощницей (что-то вроде нынешнего импрессарио или коммерческого директора) Машей. Та прониклась симпатией к нашему клубу - в киношных кругах столицы он уже был хорошо известен. Да и ехать в Казань недолго - одну ночь, не на Сахалин же. А в дополнительных заработках наши замечательные, действительно мирового класса режиссеры и актеры весьма нуждались. Андрей Арсеньевич вообще охотно встречался со зрителями - он искал тех, кто понимает и ценит его фильмы. Встречу именно с такими зрителями мы ему гарантировали. Словом, в результате длительных переговоров (Тарковский же был человеком необычайно занятым) была назначена дата. В четверг он должен был выехать из Москвы, Маша уже купила билеты, мы облегченно вздохнули...

...И вдруг во вторник вечером у меня зазвонил телефон. Звонил Зуфар Бухараев, тогда уже он был директором Молодежного центра. Зуфар расстроенно сообщил, что вынужден отменить выступления Тарковского. Я аж подскочил на стуле: как, почему?! Оказывается, Зуфару звонили из обкома комсомола и сказали, что Тарковский везет не “залитованный”, то есть не прошедший цензуру, фильм, и вообще...

- Зуфар, а как вы объясните зрителям и самому Тарковскому...

- Не знаю... Придется, наверное, сослаться на прорыв трубы, мол, подвал залило кипятком...

- Зуфар, дорогой, это же ТАРКОВСКИЙ! Завтра же все голоса: Америки, Англии, “Свободы” поднимут вас и всю Казань на смех, и тогда уж вас точно снимут с работы...

Мы оба тяжело вздохнули. Зуфар был настоящий директор, болел за дело, сделал для МЦ так много, и для нашего клуба тоже...

И тут я решил напрямую позвонить Мударрису Мусиновичу Мусину, заведующему отделом культуры обкома партии. Это был человек на своем месте: многие деятели искусства, и уж, наверняка, большинство кинодокументалистов Казани вспоминают его самыми добрыми словами. Помог он и в этом случае.

- Понимаешь, - объяснил он мне по телефону. - Начальница Главлита на дружеской ноге с секретарем обкома партии по идеологии. Она-то и сказала ему, что фильм Тарковского не прошел цензуру. Так что мой совет - звони ей.

Забрезжила надежда. Утром в среду я позвонил всемогущей Начальнице. Это была пожилая, уже пенсионного возраста дама, привыкшая к уважительному отношению. Так что я ужом извивался, изображая максимально возможную вежливость, предупредительность, преданность даже...

- А у нас нет данных, что фильм прошел Главлит! - непререкаемо заявила Начальница.

Что же случилось, - напряженно и растерянно думал я, ведь, изредка встречаясь в коридорах Издательства, я вежливо раскланивался с ней и видел в ответ приветливо-снисходительную улыбку, никакой враждебности...

Марина разыскивает по телефону Машу, о счастье - она на месте! “Как не прошел? - удивляется Маша. - Мы что, самоубийцы, что ли?”. Действительно, Тарковский тогда был настолько “под колпаком” партийных и “соответствующих” органов, что... Но Маша уже диктует дату и номер разрешительного удостоверения на фильм “Сталкер”. В это же самое время моя помощница по киностудии Диля Нефедова звонит в московский Главлит и получает ту же информацию (вот до чего мы были доведены - перепроверяли самого Тарковского!)...

Я снова звоню Начальнице нашего Главлита и докладываю номер р/у и дату его выдачи...

- А все равно вы не имеете права показывать фильм без согласия Беляева и Макарова! Ведь он еще не выпущен в прокат! - она, похоже, тоже основательно подготовилась, полистала свои справочники, правила...

- Есть! - кричу я радостно. - Есть согласие!

При этом напропалую вру, потому что нисколько не сомневаюсь, что и Ахат Абдулхакович, и Владимир Николаевич (соответственно директор Таткинопроката и начальник республиканской киносети) такое согласие мне дадут. Это были удивительные соратники - без их поддержки был бы невозможен не только наш клуб, но и многое другое в сфере пропаганды настоящего Кино. В отличие от многих других областей и республик все “ветви власти” кино Татарстана жили и работали дружно, в согласии...

Конечно же, после разговора с Начальницей я позвонил им и получил благословение на приезд Тарковского и показ “Сталкера”. Но в разговоре с Начальницей мелькнула еще одна нотка, выяснилась истинная причина, из-за которой и заварилась вся каша с запретом Тарковского...

- Слушай, - капризным голосом сказала Начальница, а что это твои люди там вытворяют?

- ??!

- Моя секретарша звонила на студию, просила привезти мне четыре билета на Тарковского, а мне не привезли...

Я онемел: и из-за этого...

- Будут! Будут немедленно билеты!

Положил трубку и призвал Дилю к ответу.

- Ой, я совсем забыла! - Диля была сама исполнительность и старание, но дел у нее всегда было выше головы. - Действительно, девочка из Главлита звонила...

- Ты хоть понимаешь, что Начальница работала министром культуры, все контрамарки ей несли на блюдечке с каемочкой? Видишь, что получилось? Бери машину и дуй в главлит с билетами! В первый ряд!

***

...Андрей Арсеньевич об этой мышиной возне, конечно, ничего не узнал. А когда он уехал, мы долго смеялись над этой историей. Но думаю, что седых волос Зуфару и мне она добавила.

Но куда больше она добавила положительных эмоций. Как ни тесно было в квартирешке Марины Разбежкиной, на встречу с Тарковским там я взял Аленку - дочка подросла, была в своем девятом классе отличницей, смотрелась уже вполне взрослой и симпатичной девушкой, даже толстенные линзы в очках не портили ее. Лена и до сих пор вспоминает этот вечер, когда среди бытовой неуютицы и тесноты в кружке темных голов, окружавших круглый стол, светилось лицо Тарковского...

Он выступил в Молодежном центре не шесть запланированных, а одиннадцать раз! Это были незабываемые встречи. Рассказывать о них можно долго, приведу его ответы только на два вопроса.

Первый - о том, “почему он показал татар в фильме “Андрей Рублев” жестокими и беспощадными”. Андрей Арсеньевич ответил, что, во-первых, тот, кто задает этот вопрос, не знает собственной истории. Нынешние татары и те завоеватели, которые пришли с юга в те далекие времена - далеко не одно и то же. Даже язык захватчиков пришлось реконструировать, он имеет очень мало общего с татарским. Кроме того, если смотреть непредвзято, то легко обнаружить, что и русские в фильме показаны не с лучшей стороны - чего стоит убийство и предательство братом брата, ослепление мастеров-художников и многое другое? Нормы нравственности были тогда во многом иные. Но добро и зло существуют в любом народе. И, наконец, когда мы научимся смотреть на историю непредвзято и видеть в ней то, что было, а не то, что нам хочется видеть?

Второй вопрос поставил было меня в тупик (мы по очереди сидели на сцене и группировали записки, так их было много): “Ваше творческое кредо?”.

- Наверное, этот вопрос потребует слишком много времени? - сказал я Тарковскому.

- Нет, я отвечу, - не согласился Андрей Арсеньевич. - Я считаю, что если тебе что-то дано, а сейчас много пишут обо мне и моих фильмах, то ты обязан нести это людям и говорить так, как способен - честно, искренне, открыто. Это и есть мое кредо.

...Помните пролог к фильму “Зеркало”? Он тогда многих озадачил. Парнишка-заика на приеме у логопеда с трудом, спотыкаясь на каждом слове, выговаривает: “Я г-г... оворю х-ххо.. ро... шо”. Вот тогда, на встрече, я и понял смысл пролога.

Тарковский говорил так, как умел, ни к кому не приспосабливаясь. Создавал фильмы для людей своего круга, своей образованности, своего интеллекта. Конечно, их немного. Как-то в Йошкар-Оле на встрече с работниками кинопроката я пытался объяснить значение фильмов Тарковского. “Одной колбасой можно накормить и дворника, и профессора, - искал я понятное сравнение. - Но одной духовной пищей их накормить нельзя”.

Ох, и досталось мне от марийских прокатчиков за "профессорскую колбасу"!

Роберт КОПОСОВ

autoscroll_news_right_240_400_1
autoscroll_news_right_240_400_2