news_header_top_970_100
16+
news_header_bot_970_100

Соотечественники//ЭМИГРАНТЫ В ЯПОНИИ И КИТАЕ//16 марта, №10

Председателем общины единогласно был избран С. Дюзеев, исполняющим должность муллы - А. Замалетдинов. Собрание тюрко-татарской колонии состоялось в помещении Казачьего дома под председательством А. Ильясова.

Община тюрко-татар не замыкалась на проблемах местного масштаба. Остро волновали ее вопросы общемусульманского объединения на Дальнем Востоке. На страницах русскоязычных изданий иногда публиковались заметки, повествующие о непростом житье в эмигрантском доме. Приводим полностью одну из публикаций, рассказывающую о неладах в мусульманской колонии Харбина: «Нелады, начавшиеся в мусульманской колонии с приездом Аяза Исхаки, привлекли внимание высших руководителей полиции. Председатели правлений обеих групп были вчера вызваны в Особый отдел, где им в форме распоряжения было предложено прекратить распри и выбрать новое правление. Предписание вызвало протест со стороны приверженцев Исхаки. В виде меры воздействия власти отдали распоряжение опечатать канцелярию общины, что и было выполнено. Тогда идель-уральцы послали телеграмму-жалобу в тюрко-татарский съезд в Мукден. Между группировками начались распри на почве богослужений по случаю большого татарского праздника.

После долгих переговоров вопрос удалось разрешить следующим образом: - Должен служить первым тот мулла, за которого будет подано больше голосов на голосовании перед богослужением. Одновременно было отдано распоряжение послать утром к мечети наряд для соблюдения порядка и спокойствия. Приверженец идель-уральцев, увидев, что сторонников его группы меньше, отказался от голосования и подал в участок заявление о разрешении первым служить ему. Между тем мулла Мурзенко и сторонники старого порядка приступили к молению. Идель-уральцы подняли шум и крик, не пускали в мечеть своих противников и даже пытались вытащить молящихся из мечети. Снова вмешалась полиция и сторонники старого правления после богослужения спокойно разошлись по домам. Идель-уральцам ничего не оставалось делать, как повторить богослужение, которое и было для них отслужено муллой Хазбиуллиным.

После окончания богослужения представители правления вновь были вызваны в Департамент полиции. Там им было повторено предписание властей об избрании нового правления и указано, что до его избрания канцелярия общины будет опечатанной». Вопрос единства мусульманских землячеств Дальнего Востока будоражил общественное мнение чрезвычайно остро. Русскоязычные издания «Шанхайская Заря», «Слово», «Заря» часто пишут о распрях в тюрко-татарских общинах. Вот только названия некоторых статей, посвященных этой проблеме: «Мусульмане всё воюют в Харбине», «Раскол в тюрко-татарской эмиграции в Японии», «Члены харбинской мусульманской общины жалуются на своего муллу» и т. д. Наличие территориально-государственных границ между Китаем, Японией и Кореей «русскими татарскими эмигрантами» (как их называли в эмигрантской среде) не принимались во внимание. Эмигранты жили «за рубежом» в единой дальневосточной среде, воспринимая все события в тюрко-татарских общинах, что это общее этно-религиозное пространство. Приводим обзор событий из «Шанхайской Зари», полностью сохраняя транскрипцию авторов: «Раскол в тюрко-татарской эмиграции в Японии. От собственного корреспондента «Шанхайской Зари». До прошлого года тюрко-татарская эмиграция в Японии не выходила из рамок ее религиозного объединения и не проявляла в массе особых политических тенденций, доверяя своим духовным главам, некоторые из коих начали политическую работу как в плоскости общемусульманского движения, так и проповедуя независимость мусульман, проживающих в России. Теперь положение резко изменилось. Колония разделилась на два лагеря. Токийскую мусульманскую общину возглавляет мулла Курбангалиев, ратующий за независимость Башкирии и кооперирующийся в своих устремлениях с сибирской сепаратистской группой Поротикова-Головачева. Токийская община имеет свою мечеть, школу, глава ее имеет собственный дом. Кобская Мусульманская Община возглавляется муллой Шамгуловым, где также есть школа. В Нагоя сравнительно небольшая мусульманская община. Среди членов мусульманских общин есть многие, хотя и не сочувствующие большевикам, но выбравшие советские паспорты. Японское телеграфное агентство «Ничиро-Цусин» в бюллетене от 10 апреля по поводу раскола тюрко-татарской эмиграции в Японии сообщает следующее: «Татарская эмиграция, обосновавшаяся в Японии, насчитывает в своих рядах около 600 человек. (Цифра преувеличенная. По свед. мин. внутр. дел тюрко-татар Японии насчитывается немногим более 300 чел.). В числе тюрко-татар в Японии есть бывшие офицеры и солдаты российской армии - участники I мировой и Гражданской войн.

Лариса Черникова

(Продолжение следует)

autoscroll_news_right_240_400_1
autoscroll_news_right_240_400_2
news_bot_970_100