Прокурор возвратил подростку квартиру

Прокурор возвратил подростку квартиру

(Биробиджан, 8 мая, «Татар-информ», Виктор Черненко). По сообщению прокуратуры ЕАО, прокурор Смидовичского района в интересах несовершеннолетнего обратился в суд с иском о признании недействительным обмена жилыми помещениями, предоставленными по договору социального найма.

Как следует из материалов дела, в начале 2006 года в одном из поселков Смидовичского района мать и ее старший сын заключили с заинтересованным гражданином договор обмена жилых помещений: отдельной двухкомнатной квартиры - на комнату в коммунальной квартире.

На момент заключения этого договора в квартире, которую обменивала хозяйка и старший сын, были зарегистрированы трое ее сыновей, в отношении которых несколькими годами ранее решением Смидовичского районного суда женщина была лишена родительских прав. Достигший совершеннолетия старший сын проживал с матерью, средний отбывал наказание за совершенное преступление в воспитательной колонии, а младший является воспитанником детского воспитательного учреждения. В соответствии с п. 4 ст. 71 Семейного кодекса РФ ребенок, в отношении которого родители (один из них) лишены родительских прав, сохраняет право пользования жилым помещением, в котором он проживает. Аналогичная норма содержится и в п. 1 ст. 149 Семейного кодекса России.

Постановлением главы муниципального образования «Смидовичский район» данная квартира была закреплена за последним из детей – несовершеннолетним В. Мать знала об этом, тем не менее жилищный обмен состоялся. Однако органами опеки и попечительства соответствующего постановления о разрешении обмена вышеуказанных квартир не принималось.

В соответствии со ст. 45 Гражданско-процессуального кодекса РФ прокурор обратился в суд с заявлением в защиту прав и законных интересов несовершеннолетнего В. с иском о признании договора обмена жилыми помещениями недействительным. На момент рассмотрения искового заявления мать несовершеннолетнего умерла.

Привлеченные в качестве ответчиков не только несостоявшийся жилец квартиры, но и муниципальные образования «Смидовичский муниципальный район» и «Приамурское городское поселение», муниципальное унитарное предприятие «Единый заказчик» возражали против иска, утверждая, что обмен был произведен совершенно законно и совершен в интересах несовершеннолетнего В., так как прежнее жилье было просто жалким и не отвечало санитарным нормам.

Суд, согласившись с мнением прокурора, указал, что помимо отсутствия на момент сделки разрешения органов опеки и попечительства (оно было оформлено через полгода после совершения обмена), данным обменом ущемлены не только права несовершеннолетнего В., который из отдельной двухкомнатной квартиры был переселен в комнату коммунальной квартиры, но и других членов семьи. В эту же комнату после возращения из мест лишения свободы должен вселиться и средний сын. На каждого из членов семьи стало приходиться менее чем по 5 кв. м жилой площади (в то время как ранее приходилось почти по 7,5 кв. м).

На территории Смидовичского района норма площади при предоставлении жилого помещения по договору социального найма установлена в размере 12 квадратных метров на одного члена семьи. Таким образом, жилищные условия несовершеннолетнего значительно ухудшились, чем было нарушено его конституционное право.

По результатам рассмотрения иска суд удовлетворил исковые требования прокурора Смидовичского района в полном объеме.

.