news_header_top_970_100
news_header_bot_970_100

«Снаряды рвутся, а крест стоит»: хроники Донбасса в рассказах добровольца из Татарстана

Реальные события от первого лица: «Татар-информу» удалось пообщаться с жителем Татарстана, который практически с первых дней принимает участие в специальной военной операции на Донбассе. Мы публикуем первую часть разговора с нашим земляком-военным.

news_top_970_100
«Снаряды рвутся, а крест стоит»: хроники Донбасса в рассказах добровольца из Татарстана
Наш земляк-татарстанец, который практически с первых дней принимает участие в СВО на Донбассе, пожелал сохранить инкогнито
Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

Наш собеседник пожелал сохранить инкогнито. Причины, по которым профессиональный военный-минометчик, принимающий участие в спецоперации на Донбассе, попросил не называть его имени, конечно же, понятны.

С его позволения мы можем точно сказать, что он наш земляк-татарстанец и что эта война у него не первая – несколько раз был в командировках в Сирии, с 2014 года добровольцем ездил на Донбасс.

Он разрешил назвать его позывной – «Анальгин». Мы намеренно не указываем номера воинских подразделений, которые боец упоминал в рассказе, – не время. Надеемся, что когда-нибудь всех – и живых, и погибших – можно будет назвать поименно.

«Рядом снаряды рвутся, а крест стоит… нетронутый»

Эта спецоперация, о которой рассказал наш собеседник, прошла в Луганской народной республике. Штурмовали село Орехово. Было это 4 мая.

Спецоперации, о которой рассказывает наш собеседник, прошла в селе Орехово в ЛНР, а затем в соседних с ним Горском и Золотом

Карта: google.com/maps

– Нам поставили задачу выбить «укропов» и нацистов из этого населенного пункта. Наше подразделение, один из батальонов казачьих войск, батальон территориальной обороны выдвинулись на позиции.

С окраины Орехова мы выбили неприятеля очень быстро, поскольку они там сильно-то и не оборонялись в окопах. Они ушли в жилую застройку – там есть и где укрыться, и погреба.

Когда начался штурм, я был наводчиком на 82-й «дудке» (миномет, – прим. Т-и). Начали мы работать рано утром, как только начало светать. Мы заранее ночью подготовили позиции, укрытия, где можно спрятаться при ответном батарейном огне.

Пошли вперед наши штурмовики. Сложный бой завязался в районе школы, не получилось ее взять нахрапом, мы отошли назад.

Так как задача нам была поставлена уничтожить пехоту, а по домам работать было нельзя, тяжелую артиллерию применять тоже нельзя было, танки тоже не работали, приходилось работать вручную. Работали плотно и прицельно. Пошли штурмовики. Половину Орехова мы зачистили за день или два. Противник укрепился ближе к почте, где магазин. Мы остановились, продвижение было невозможно.

В этот день к нам подошел командир одного из разведывательных батальонов с позывным «Рябина». Сказал, что нужны добровольцы – будем прикрывать пехоту. Мы вызвались. Пошли те, кто был помоложе, я в том числе.

Когда начался штурм, наш собеседник был наводчиком на миномете

Фото: АО ЦНИИ «Буревестник» 

Рано-рано утром потихонечку мы перетащили одну «дудку»: ствол, лафет и станину, – плюс перетащили 50 мин БК, уже готовых. В 7 утра дали команду, пехота открыла огонь, завязался бой. Мы позади пехоты в 250 метрах выбрали позицию у магазина.

«Укропов» с первых позиций у почты мы выбили. Кто-то полег там, остальные убежали чуть дальше к остановке – это Бахмутская трасса. Там были заранее подготовленные закрепленные позиции. Отошли туда. По итогам этого боя были у нас и убитые, и раненые. И мы занимались ранеными, и они занимались своими ранеными, дальше в этот день уже не пошли.

Потом мы притащили назад мины и еще одну «дудку». Продвинулись чуть дальше. На следующий день начали работать по остановке по полупрямой наводке по малому углу.

Рядом с остановкой стоял православный крест. Сколько бы вокруг него ни взрывалось, он оставался целым. Не понимаю, как это. Видимо, Бог его оберегает.

Остановку мы захватили без потерь, даже без раненых. С их стороны были погибшие. Выжившие бежали, бросая оружие.

«По итогам этого боя были у нас и убитые, и раненые»

Фото: © Владимир Васильев / архив ИА «Татар-информ»

Эту операцию по Орехову мы завершили быстро. Противник отошел в «зеленку» – там лесополоса была и фруктовый сад.

Когда все Орехово зачистили и проверили, нашли еще один склад. Там обнаружили порядка 50 пистолетов-пулеметов, американские мины Claymore, «Джавелины», РПОшки, мины БК, выстрелы для гранатометов, вообще по красоте. Много выстрелов нашли для пулемета «Утес» и целый гараж ящиков со снарядами.

«Моментами думал – все, пришло время умирать»

А этот бой, о котором рассказал наш собеседник, случился во второй половине июня.

– Нам поступил приказ штурмовать Горское и Золотое. Эти города мы с пацанами взяли быстро: участвовали батальоны территориальной обороны, один из казачьих полков и наш батальон. Это произошло дня через три после того, как эти города взяли. Линия фронта растянулась, и мы выставили секреты (войсковые наряды, – прим. Т-и) на расстоянии 400 метров друг от друга. Людей не хватало, поставили тяжелые пулеметы «Утес».

На одной из позиций оказались наш собеседник и его боевой товарищ с позывным «Сарман».

«Нам поступил приказ штурмовать Горское и Золотое»

Фото: © Владимир Васильев / архив ИА «Татар-информ»

– Нам поставили задачу в течение двух суток на этой позиции держать линию фронта, потому что разрозненные группы – остатки дивизии «Галичина» – начали прорываться к своим в укрепрайон в сторону Лисичанска. Мы привезли на позицию две тысячи патронов в ленте по пятьдесят, пятьдесят гранат, на «граник» (гранатомет, – прим. Т-и) семь выстрелов – один кумулятивный, остальные пехотные, РПО-29 (реактивный пехотный огнемет), и две «мухи» (РПГ) у нас были трофейные. Плюс по четыре гранаты на каждого, плюс дымы, сигналки и ножи.

Начался прорыв, по нам начали работать минометы, польские бесшумные – разрывы от них маленькие, как у малых переносных противопехотных минометов.

Мы залезли в «лисью нору» и там засели. «Лисья нора» – это когда в окопе делаешь выемку и туда залезаешь, в эту выемку. Когда начался обстрел, у меня была такая специальная рация «лопух», на ухо вешается – у нее антенна есть и микрофон. Во время обстрела она слетела с уха, я случайно наступил на антенну и сломал ее. То есть я сигнал принимаю, а отправить ничего не могу.

Мой товарищ побежал к нашим за подкреплением, сообщить, что у нас прорыв линии фронта. Он побежал, а я начал работать. Отстрелял полторы тысячи патронов, у меня перегрелся ствол и патроны в патроннике заклинило. За ствол даже взяться не могу – он красный. Запасного ствола не было, да и времени менять его тоже.

Начал работать из АК-74, отработал пять магазинов. Потом из «граника» начал в них пулять, потом РПОшку запулил, «мухи», и дальше стрелковый бой. Потом еще пять магазинов отработал. Три гранаты я туда кинул и слышу речь на английском или на польском – не разобрал из-за шума.

«Начал работать из АК-74, отработал пять магазинов»

Фото: © Владимир Васильев / архив ИА «Татар-информ»

Начало стихать, я снял с себя броню, шлем, вытащил гранату Ф-1, вынул чеку и жду их, чтобы подорваться вместе с ними.

Буквально через минуту, не успели они еще подойти, подскакивает один из наших с позывным «Бонд» на первой «Бэхе» (боевая машина пехоты, – прим. Т-и) и открывает по ним огонь. Через какое-то время подходят еще два танка Т-72 и тоже начинают работать – это пацаны из казачьего полка.

Тут на нас выезжает «мотолыга» (МТЛБ – многоцелевой транспортер) и открывает огонь. Я «Утес» и станину кидаю на броню. Наши кричат: «Их там мало осталось, нужно контратаковать». Я и пацаны из пехоты начали контратаку. Через пару минут оттуда кричат: «Мы сдаемся, сдаемся».

Оказалось, что это была разрозненная группа из двадцати человек, они шли на прорыв. Прорывались они в Лисичанск. Семнадцать я положил, трое остались живы, мы их тогда и приняли.

Из всех боев этот бой был самым серьезным в моей жизни. Моментами я думал, ну все, конец, пришло время умирать.

Как стало известно «Татар-информу», именно за этот бой наш земляк получил орден Мужества.

От редакции: Все позывные героев рассказа были изменены в целях их безопасности.
Фотографии сделаны во время учений в Республике Татарстан и не соответствуют указанным в статье позициям.

Набор в татарстанские батальоны «Алга» и «Тимер» продолжается.

Единый номер для всех жителей Татарстана и других регионов РФ:

(843) 221-44-52

Для жителей Казани

• Ново-Савиновский и Авиастроительный районы: (843) 221-42-42

• Приволжский и Вахитовский районы: (843) 221-42-50

• Кировский и Московский районы: (843) 237-85-93

• Советский район: (843) 273-94-23

 

 

news_right_column_1_240_400
news_right_column_2_240_400
news_bot_970_100