news_header_top_970_100
16+
news_header_bot_970_100

Сергей МУРАТОВ: «Нижнекамский фестиваль «Культура в эфире» - вызов коммерциализации российского телевидения»

Сергей МУРАТОВ: «Нижнекамский фестиваль «Культура в эфире» - вызов коммерциализации российского телевидения»

25,1 Kb16-18 июня в Татарстане состоялся IV открытый Всероссийский нижнекамский телефестиваль «Культура в эфире», участниками которого стали 106 региональных телерадиокомпаний, представители которых съехались в Казань практически со всех уголков страны. Организаторами фестиваля выступили федеральные агентства по культуре и кинематографии, по печати и массовым коммуникациям, Агентство РТ по массовой коммуникации «Татамедиа», администрация Нижнекамска и Нижнекамского района, фонд «Культурная столица Поволжья», ГТРК «Культура», российский центр подготовки работников региональных телекомпаний «Практика», нижнекамская телерадиокомпания «НТР». Площадкой работы фестиваля стал 4-палубный красавец-теплоход «Семен Буденный», совершавший круиз Казань – Болгары – Нижнекамск – Казань. В течение 3 дней российские теле- и радиожурналисты старательно постигали вершины профессии в мастер-классах, которые для них провели такие мэтры отечественной журналистики, как обозреватель «НТВ» Антон Хреков, руководитель российского центра «Практика» Нина Зверева, академик российского телевидения, телеоператор Михаил Сладков и другие известные в телевизионном мире личности. Все это время жюри, расположившееся в музыкальном салоне теплохода, обсуждало конкурсные работы, решая, кому же отдать лавры лидеров. Кульминацией фестивальных дней стала церемония награждения победителей, состоявшаяся в нижнекамском культурно-развлекательном центре «Джалиль». Восторг этих звездных минут вместе со счастливыми обладателями дипломов победителей и призеров фестиваля по праву разделил практически бессменный председатель жюри телеконкурса, профессор кафедры журналистики МГУ Сергей Муратов. По просьбе корреспондента агентства «Татар-информ» старейшина журналистского цеха поделился своими впечатлениями от нынешнего фестиваля и мыслями о сегодняшнем дне и перспективах российского телевидения, в достижение которых свою лепту вносит и «Культура в эфире».

Сергей Александрович, 4 года, если мерить сроками человеческой жизни – возраст не слишком солидный, да и в истории фестиваля - не круглая дата. И все же за это недолгое время идея, зародившаяся в головах группы единомышленников, искренне желающих видеть рыцарство на российском телевидении (неслучайно Дон Кихот – эмблема фестиваля), смогла воплотиться в ежегодный журналистский форум, собирающий вместе сотни творцов. Мне кажется, самое время «остановиться, оглянуться…» и подвести итоги тех лет, что вы прожили вместе с Нижнекамским телефестивалем, возглавляя его жюри.
Что ж, рад признать, что фестиваль «идет по нарастающей»: набирает силу, динамично развивается. Судите сами: в 2003 году конкурсный отбор журналистских работ проводился по 3 номинациям: «Телефильм», «Репортаж», «Цикловая программа». На суд жюри было представлено 100 программ региональных телерадиокомпаний. А поскольку в то время еще не существовало отборочной комиссии, мне пришлось день за днем просмотреть всю сотню, чтобы понять, какие из этих творений вообще имеет смысл оценивать. На следующий год число заявленных работ уже удвоилось, а «реестр» номинаций расширился. Наконец, в этом году участниками фестиваля стали 106 региональных телерадиокомпаний, заявившие свыше 300 программ. Из них на суд жюри было представлено 64 работы, благополучно прошедшие через «сито» отборочной комиссии. Конкурс-2005 проводился уже по 9 номинациям: «Мастерство режиссера», «Телефильм», «Мастерство видеооператора», «Твой современник», «Репортажный сюжет», «Информационная программа», «Детская программа», «Просветительский сериал» и «Лучшая цикловая радиопрограмма о культуре» (кстати, последняя - абсолютная премьера этого года).

Какой вывод можно сделать, анализируя конкурсные программы этих лет? Первое – ширится география участников фестиваля. А главное – растет общий профессиональный уровень и качество журналистских работ. Жюри все чаще имеет дело не просто с талантливыми, а с по-настоящему прорывными программами, которые могли бы сделать честь центральным телеканалам. По единодушному мнению моих коллег, работавших в жюри фестиваля-2005, на этот раз здесь собралась публика более ориентированная в своей профессии, меньше стало случайных людей, больше серьезных дискуссий по существу. Кстати, и теплоход, на борту которого проходил фестиваль, внушительнее и комфортабельнее прошлогоднего судна. Словом, все становится интереснее и лучше.

31 KbНацеленность на конечный результат – принцип любой грамотной политики, будь то экономические реформы или революционные идеи в сфере масс-медиа. Так в чем же практическая ценность фестиваля, может ли факт его существования, его высокая идея – нести культуру на голубые экраны - повлиять на нынешний день и будущее российского телевидения?
Чтобы это стало понятнее, нам придется «отмотать пленку» на несколько десятилетий. Когда началась перестройка, на всю страну существовало 75 телекомпаний. После появления коммерческого вещания - в конце 80-х - начале 90-х годов - в телевизионном пространстве произошел настоящий «взрыв» - было создано около 3 тысяч новых студий. Многие из них лопнули, как мыльные пузыри уже на старте. Тем не менее, около 1500 осталось. Люди, которые пришли туда работать, зачастую не имели никакого профессионального телевизионного образования, поскольку не было в нужном количестве ни учебных заведений, целенаправленно готовящих телевизионщиков, ни книг, которые знакомили бы с «кухней» телеэфира. Все это появилось значительно позднее. И сегодня мы должны разбираться с тем, что же мы, в сущности, имеем в телеэфире. В этом смысле такой телеконкурс, как Нижнекамский, – хорошая возможность оценить процесс развития современного телевидения в стране, отделить, что называется, «зерна от плевел». Сейчас можно уверенно сказать, что региональные новости во многих городах, к примеру, в Томске, Новосибирске, Красноярске, Екатеринбурге - намного интереснее, тех, что делаются в Москве. Скажем, я готов час кряду смотреть выпуск новостей, идущий в Томске. Казалось бы, что мне - столичному жителю - Томск? Однако целых 60 минут я не могу оторваться от экрана – настолько интересно то, что там происходит. В Москве я не в состоянии этого делать – мне скучно, неинтересно. Новости давно уже перестали быть «местными». Конечно, такая отрадная картина наблюдается не везде. В ряде регионов новости делаются по-прежнему: «все о мэре, немножко о погоде». По счастью, на этом пресном фоне возникает огромное количество творческих «протуберанцев», что свидетельствует об огромном потенциале регионального новостного телевидения.

И это прекрасно, что существует такой «оазис», как Всероссийский нижнекамский телефестиваль, на который журналист может отправить свою программу, чтобы ее оценило серьезное жюри, может приехать сам, чтобы обсудить свой творческий продукт с коллегами из других регионов. Это огромный притягательный стимул для любого телевизионщика, любящего свою профессию. Фестиваль действует по закону самовозгорания – вспыхнув однажды на телевизионном пространстве Татарстана, он с каждым годом захватывает своим чистым огнем все больше и больше участников. Я искренне сожалею и недоумеваю, почему те работы, которые здесь премируются, не показывают на федеральном канале и, как ни странно, почти не показывают на телеканале «Культура», как они того, безусловно, заслуживают. Этот прискорбный факт остается для меня тайной. Демонстрация лучших конкурсных программ нижнекамского фестиваля на федеральных каналах только обогатила и освежила бы их, ведь по профессиональному уровню многие региональные программы совершенно превосходны. Впрочем, я думаю, что эту проблему со временем можно будет как-то решить.

Культура в эфире. Что вкладываете вы в это понятие, ставшее названием-логотипом фестиваля, осененного тенью знаменитого героя Сервантеса? С какими «ветряными мельницами» сражаются телевизионщики, вот уже в 4-й раз приезжающие в Татарстан на нижнекамский форум?
В последнее время развитие телевидения в стране происходит благодаря коммерциализации, которую мы радостно восприняли от американцев, посчитав, что это и есть наш путь развития. Отечественное телевидение сегодня существует за счет рекламодателей, которые и являются, по сути, хозяевами TВ. Такая практика есть только в одной стране мира – США, где на долю общественного телевидения приходится лишь 3 процента зрительской аудитории. В остальных государствах наряду с коммерческим существует телевидение государственное и общественное. Так вот, на фоне тотальной коммерциализации российского TВ становится очевидно, что там, где коммерция - культуре делать нечего, потому что она не приносит прибыли. Ведь на чем строится телевизионная реклама? На стремлении добиться того, чтобы как можно большее число людей смотрело каждую отдельную передачу, во время эфира которой крутится рекламный ролик. Логично, что путеводной звездой для большинства телекомпаний стал рейтинг. Так же закономерно снизился «процент культуры» на телевидении. Вспомните, советское телевидение, с одной стороны, строилось на пропаганде, а с другой, о чем большинство почему-то прочно забыло, - на просвещении народа. Национальная культура страны была неотъемлемым ингредиентом пропаганды на TВ, работа которого оплачивалась государством. То есть бюджетное телевидение, существовавшее на государственные деньги, поддерживало культуру. Когда правила «игры» в телеэфире стали диктовать деньги рекламодателей, культура из него была вытеснена. Она осталась только на одноименном телеканале, который специальным президентским указом Бориса Ельцина сохранили от прежнего мира. Поэтому фестиваль «Культура в эфире» – явление принципиальное. Это своего рода вызов всему развитию телевидения в нашей стране, идущему по этому жуткому коммерческому пути, на котором мы, кстати, давно обогнали американцев. Программы «Окна», «Большая стирка», «Девичьи слезы», «Дом» - на самом деле их бесконечное количество - представляют собой нечто совершенно чудовищное. Однако их авторы, получающие огромные деньги, не испытывают по этому поводу никакого стыда. Вообще деньги, которые сегодня получает телевидение, не снились никому из тех, кто работал там в советские времена. Мало кто знает, хотя это совершенно официальные цифры: на первом канале 30 секунд рекламного времени стоят до 35 тысяч долларов, которые собираются только в районе Москвы и Московской области, а поскольку канал действует на общероссийском пространстве, то в итоге цена «мгновенья» рекламного ролика выливается уже не в 35, а в 100 с лишним тысяч долларов.

Тем отраднее, что кроме канала «Культура» культуру в эфире сохраняют региональные телекомпании, сохранившие в профессиональной деятельности добрые качества и интерес к отдельному человеку. Оберегая культуру на телеэкранах, местное TВ сохраняет и традиционные рубрики, когда-то привлекавшие к телеэкранам миллионы людей, что позволяет говорить о региональном TВ как о телевидении с «человеческим лицом». Разумеется, не все в этой сфере так легко и безоблачно, как хотелось бы. Федеральный телеканал «Культура» - единственный, что содержится на государственные деньги, - собирает, к сожалению, ничтожное количество зрительской аудитории страны – всего 3 процента. В основном люди «прилипают» к «окнам», «последним героям», сериалам вроде «Бригады». Этот процесс остановить невозможно. Можно только в какой-то степени ему противодействовать, пытаясь отстаивать культурные границы в эфире. В более широком смысле единственный выход из положения – общественное телевидение, существующее на абонентскую плату зрителей.

Идея нестандартная и, на мой взгляд, имеющая немного шансов быть встреченной «на ура» телеманами. Слишком уж часто и по слишком разным поводам нас принуждают платить в последнее время. Да и непривычно это – тянуться к кошельку прежде, чем к телевизионному пульту.
Мало кто помнит, но в нашей стране абонентская плата за TВ когда-то уже существовала. До 1962 года люди платили за возможность смотреть телепередачи, так же, как за радио, за электричество. Однако в 1962 году кто-то надоумил Никиту Хрущева отменить абонентскую плату. Страна переживала настоящий бум продаж телеприемников, и было решено, что в этой ситуации выгоднее поднять цену на сами телевизоры, отменив плату за пользование ими. В течение 4 лет это себя окупало, а потом перестало, потому что росла дороговизна самого телевидения – появились релейные линии, затем космическая телесвязь. К тому моменту государство уже осознало, что телевидение – это не игрушка, не развлечение, а политический инструмент. В 1968 году в эфир впервые вышла информационная программа «Время». Пропаганда прочно укрепилась в телеэфире, и в стране началась эра бюджетного телевидения. Такое телевидение было еще только в странах социализма, поскольку они следовали нашему образцу, а также в Испании и Португалии, в которых правили диктаторские режимы. А когда пришла перестройка, когда деньги на TВ у государства закончились и нужно было решать, как же дальше существовать телевидению, то мы решили идти не путем создания общественного телевидения, где платят абонентскую плату, как это принято во всем мире, а отдали TВ на откуп рекламодателям. Все, что происходило дальше, шло уже в режиме «автопилота». И дело не в том, что в недрах российского телевидения скрываются какие-то злые «культуркиллеры», которые только и мечтают, что извести культуру в телеэфире. Ничего подобного. Все идет по законам шоу-бизнеса. И только канал «Культура» и региональное телевидение, которое то ли не успело, то ли принципиально не желает следовать по пути коммерциализации, противостоят этим законам. Принципиально решить проблему можно, на мой взгляд, вернувшись к общественному телевидению, то есть к абонентской плате.

autoscroll_news_right_240_400_1
autoscroll_news_right_240_400_2