news_header_top_970_100
news_header_bot_970_100

Ренат Валиуллин: «В Петербурге нет Центральной мечети, есть Татарская»

Корреспондент «Татар-информ» поговорил с постпредом Татарстана в Санкт-Петербурге и Ленинградской области о национальных проектах, испытании пандемией и особенностях подготовки к переписи населения.

news_top_970_100
Ренат Валиуллин: «В Петербурге нет Центральной мечети, есть Татарская»
Фото: Максим Каримов

— Ренат Накифович, в последний раз мы с вами встречались в Петербурге три года назад. Какие новые проекты вам удалось реализовать или запустить за это время? О каких успехах могли бы рассказать?

— Да, действительно, вы приезжали в Петербург, встречались с видными нашими татарами, общались с ними. Такие встречи очень важны и нужны.

На самом деле о многом хочется рассказать. В то же время исторические события нас ожидают впереди. Последнее время стало для нас всех временем испытаний. Пандемия испытала нас со всех сторон.

Не только с точки зрения здоровья, она проверила, можем ли мы жить в таких условиях, каково наше внутреннее состояние. Многие из нас уже и переболели, после этого наши взгляды на жизнь немного изменились. Мы уже немного по-другому стали ценить жизнь. Вот, например, мы с вами сейчас сидим и разговариваем очно, можем видеть друг друга, непосредственно общаться. Это большое счастье, думаю, мы должны ценить это.

Фото: Максим Каримов

Что касается обстановки в Петербурге, несмотря на пандемию, мы работу не останавливали, а стали искать новые форматы. Понятно, что мы больше занимались экономическими вопросами, которые являются главной миссией постоянного представительства, искали возможности, которые помогут сделать экономику нашего Татарстана еще сильнее, эффективнее.

Что касается изменений, например, в деловом общении мы стали использовать формат онлайн-конференций Zoom. Раньше встречи больше проходили в редакциях. Zoom-формат позволяет видеть лицо, глаза собеседника, ты видишь его эмоции, это удобнее, чем просто поговорить по телефону.

Что касается национальной жизни, мы даже при ограничениях нашли возможность активно вести деятельность. Один из наших новых проектов — это портал PITER.TATAR, который к данному моменту набрал уже более 10 тысяч пользователей. Сайт также представлен в социальных сетях. Все новости из жизни татар Петербурга, важные события, мероприятия — все это теперь сконцентрировано на данном портале, особенно удобно это было в период пандемии. Даже Сабантуй, который мы были вынуждены отменить в пандемийном 2020 году, удалось провести онлайн, именно на этом сайте. Несколько тысяч человек присоединилась к празднику в интернете.

Татары Петербурга первыми стали проводить Сабантуй в онлайн-формате. Таким же образом мы в прошлом году провели Дни Тукая, день рождения Мусы Джалиля. Запустили ежемесячно онлайн-концерты. Это для нас было очень важно, не только для зрителя, но и для самих артистов, потому что им тоже нужно общение со зрителем.

Фото: tatspb.tatarstan.ru

Вы знаете, в Петербурге у нас есть прекрасные исполнители — Альберт Асадуллин, Альберт Жалилов, Динар Байтемиров, а теперь наш талантливый певец из Татарстана Ярамир (Низамутдинов. — Ред.) взошел на оперную сцену Петербурга. Вот эти ребята присоединились к нам в наших проектах. Заслуженный артист России Альберт Асадуллин с удовольствием участвует во всех наших мероприятиях, праздниках, концертах, никогда не отказывается. Альберт Жалилов, Динар Байтемиров всегда поддерживают, приезжают на наши концерты и выступают не ради денег, а из-за искренней любви к нашей национальной культуре.

За эти годы у нас также появились новые организации. Один из наших активистов, предприниматель Рустам Хучушев основал организацию «Файда», организацию «Питер буйлары». К несчастью, болезнь унесла его в возрасте чуть старше 50 лет. Мы очень переживали из-за этого. Он вел очень большое направление — занимался организацией концертов, сумел взрастить рядом с собой целую плеяду единомышленников. Я боялся, что после его ухода образуется пустота. Но, слава богу, нашлись люди, готовые продолжить его дело. Сейчас эту работу ведет молодой активист, предприниматель Айрат Маннанов. Наши мероприятия по-прежнему проходят на высоком уровне. Всего месяц назад в Доме Дружбы народов Ленинградской области вместе с Айратом Маннановым, его друзьями мы открыли «Татарский музей» в новом формате.

Это красивая, хорошая площадка, оформленная в нашем национальном стиле. До этого в Этнографическом музее мы открыли наш обновленный раздел татарской культуры. Здесь выделены площадки многим национальностям. Нам приятно, что самая большая, видная площадка в Этнографическом музее отведена татарам. И мы сумели достойно представить там наш татарский народ.

Большим событием для нас стало обретение Татарским центром города собственного дома. Здание на улице Чайковского площадью 300 кв. метров татарам выделила администрация Санкт-Петербурга. Президент Татарстана Рустам Минниханов помог отремонтировать это здание, помог с финансированием, и сейчас там завершаются ремонтные работы. Точную дату пока назвать не можем, но торжественное открытие обязательно будет, и мы, конечно, пригласим вас.

Этот центр был нужен нам давно. Долгие годы руководители татарских национальных организаций Петербурга просили, добивались появления такого центра, и, наконец, мы можем сказать, что он есть.

Фото: tatarstan.ru

— Уже есть видение, чем и как будет заниматься этот центр?

— Здание историческое, относится к специально охраняемым объектам, поэтому внутри каких-то больших реконструкций делать мы не можем. В этом центре будут библиотека, зал для занятий хореографией, кабинет курсов татарского языка, большой конференц-зал. Также есть планы организовать интерактивный музей. Там уже работают ансамбли, театральные студии. У нас в Петербурге и области работают пять татарских ансамблей. Всего шесть лет назад не было ни одного. Сейчас у нас есть свои баянисты, танцоры, певцы. Театральная студия практически уже готова начать свою деятельность, как только появятся первые спектакли, ей тоже планируем устроить большую презентацию.

 — Сколько человек будет работать в Татарском центре?

 — Это мы тоже обдумали. Поговорили о штате для центра с председателем Комитета по межнациональным отношениям и реализации миграционной политики в Санкт‑Петербурге Олегом Капитоновым. Они не против, сейчас занимаемся проработкой его механизмов. Мы считаем, что центру достаточно будет несколько сотрудников. Например, руководитель центра, методист, преподаватель татарского языка. При наличии этих специалистов уже можно начать полноценную работу. Пока этот вопрос остается открытым. Здание есть, оно отремонтировано, и в нем начнет свою работу наш центр — это самое важное на данный момент.

«У нас сохранился дух деревенских сабантуев»

 — Когда планируете официально открыть центр, в этом году?

— Даст бог, откроем в этом году. Сначала планировали объявить о его открытии 26 июня, на Петербургском Сабантуе, но из-за пандемии Сабантуй не разрешили. В Тосненском районе прошел областной Сабантуй, там наш национальный праздник ежегодно проходит вот уже 25 лет. Эту традицию заложил наш почтенный активист (он старше 80 лет) Иниятулла Кутуев и до сих пор ведет эту работу. Он делает это с помощью своих друзей, семьи, и мы по мере возможности ему помогаем.

Сабантуй здесь проходит в удивительно красивом месте — там озеро, лес, красивая уютная поляна. Сколько я видел сабантуев, но не видел праздника такого уровня. Там такая приятная, душевная атмосфера, как в деревенских сабантуях. В самом Питере уже два года не проводится, а здесь мы сумели сохранить настоящий, аутентичный Сабантуй. Это место примерно в 20 километрах от города. Каждый год на праздник приезжают около 100 тысяч человек. Когда праздник проходит в парке, люди просто заглядывают туда, а здесь приезжают специально ради Сабантуя. С семи утра уже они тут, устраиваются на природе семьями и до восьми вечера остаются — смотрят концерт, татарскую борьбу корэш, кто-то в своем кругу уже любимые песни поет, играют на гармони. У нас в Петербурге вот таким образом сохранился дух прежних деревенских сабантуев. Традиция жива, мы еще далеки от превращения его в праздник дружбы народов, у нас этот праздник еще живет как настоящий, сохранившийся веками народный праздник.

Фото: tatspb.tatarstan.ru

— Нередко приходится слышать, что татары ничем не занимаются, кроме празднования сабантуев. Вы согласны с этим? Люди сами как относятся к этому празднику?

— Я бы не сказал, что проходит только Сабантуй, в сфере национальной жизни в течение года проводятся около ста крупных мероприятий. Они собирают около 500-600 участников. Кому-то нравится одно, а кому-то — другое. А вот Сабантуй может собрать и 100 тысяч человек, его все ждут, с удовольствием приходят. Это наш исконно татарский, национальный праздник, и он нам нужен. Да, слышал критику, и в годы работы в Конгрессе звучали подобные обвинения. Я считаю, что Сабантуй — это один из брендов татар, он узнаваемый, это наша традиция. Конечно, другие национальности могут немного переиначить смысл, иногда говорят «давайте, сделаем маленький сабантуйчик», но в любом случае все знают, что этот праздник, традиция принадлежат татарам, и, конечно, непременно надо это продолжить.

Нам очень помогает руководство Татарстана в плане организации выступлений артистов из Татарстана, в сильные регионы выделяются целые районы республики. К нам много лет приезжал Елабужский район, приезжал Азнакаевский район. Они приезжают целыми автоколоннами, автобусами, по 200-300 человек, устраивают большие площадки, привозят прекрасную праздничную концертную программу. Говорят, татары живут от Сабантуя к Сабантую — да, потому что этот праздник очень близок нашему сердцу. Вы тоже выросли в деревне, поэтому понимаете — если пропустишь Сабантуй, будто остается какая-то пустота в душе. Каждый год приезжаешь в родные края, на Сабантуе видишься с друзьями, одноклассниками, родственниками и будто заряжаешься, пополняешь духовные силы.

— Мы знаем, что в Петербурге также начал свою работу Исламский центр. Чем он занимается, какие цели стоят перед центром?

— Это Российский музей исламской культуры. Сейчас он работает в виртуальном режиме, проводятся разные мероприятия. На Петербургский экономический форум один из стран-участников — Катар оборудовал большую площадку в Этнографическом музее. Вот эти все площадки теперь в данном музее.

Фото из личного архива Рената Валиуллина

Петербург, вы знаете, ведущий центр по изучению Востока. Этот музей появился благодаря нашим видным ученым — это Ефим Анатольевич Резван и Михаил Борисович Пиотровский. Они выступили с открытым письмом к губернатору Санкт-Петербурга Александру Беглову, после этого на Васильевском острове было выделено здание. Там 2 тысячи квадратных метров площади, большое пространство. Требуется ремонт, по нему идет работа, сейчас готовятся документы. Работы там очень много, когда все будет завершено — пока сказать нельзя. Поэтому они эту работу начали в виртуальном формате. Уже организованы несколько фестивалей на исламскую тематику. Мы работаем с ними в тесном взаимодействии, постоянно на связи. Они и сами видят нас в центре этого проекта — не в материальном плане, а идеологическом. Они готовы с нами работать и видят нас своими главными, ведущими друзьями-соседями.

— В каком формате могут участвовать другие регионы например, Татарстан?

— На данный момент такого музея нет ни в одном городе России. У нас есть большие мечети, исламские центры, но как музей исламской культуры этого нигде нет и не может быть ни в одном другом городе. Потому что только в Петербурге сконцентрировано такое количество уникальных материалов на тему ислама. Например, в Институте восточных рукописей хранится множество экземпляров изданных до революции татарских книг. Все издатели были обязаны отправлять сигнальный экземпляр книги в Петербург, и они там хранились. Вместе с этим мы можем предположить, что большинство существующих материалов, относящихся одновременно и к исламской, и к татарской культуре (практически 90 процентов), хранятся в Петербурге. Потому что здесь один из древнейших музеев Эрмитаж, Этнографический музей, Кунсткамера и знаменитый Музей истории религий. Поэтому очень естественно, что Музей исламской культуры открывается именно здесь, в Петербурге.

Хочется подчеркнуть, что инициатива создания музея, посвященного исламу, исходит от представителей совсем другой религии. Они понимают, насколько высока мусульманская культура, и готовы сами приложить усилия для создания этого музея, находят финансирование, здание и так далее. Мы считаем, что Татарстан непременно должен занять достойное место в этом проекте, поэтому мы и здесь. Мы не остаемся в стороне.

Главную мечеть Петербурга называют «Татарской»

— Значит, эти люди хорошо знают, что ислам в Петербург принесли татары?

— Тут надо знать, кто и как принес ислам не только в Петербург, но в Россию. Обязательно надо знать, кто возвел те большие мечети во всех городах России, которые до сих пор стоят и действуют. И есть люди, которые знают это, многие знают, и мы сами все время должны говорить об этом. Центральная мечеть Петербурга открывается в 1913 году. Она появилась по инициативе Атауллы Баязитова. Еще с 1880-х годов этот выдающийся татарский общественный и религиозный деятель, лидер мусульманской общины Петербурга вел работу по получению разрешения на строительство мечети. Он сам вышел на императора с просьбой выделить землю и строить мечеть. Лишь через 20 лет разрешение было получено и начались работы. Нашли спонсора. Петербургская мечеть создана в бухарских мотивах. Действительно, связь была, больше всего денег на строительство пожертвовал бухарский эмир, он сам приезжал на открытие мечети. Ее открывают в 2013 году в честь 300-летия династии Романовых. И до нынешнего времени о мечети говорят: «это Татарская мечеть». В Петербурге не говорят «Центральная мечеть», такого нет в употреблении, есть «Татарская мечеть» — это знают все.

Фото: tatspb.tatarstan.ru

Нашей общиной сейчас руководит муфтий Равиль хазрат Панчеев. Его отец Ягъфар хазрат Панчеев был одним из самых уважаемых представителей исламского духовенства. К Равилю хазрату прихожане также относятся с большим почтением. Он до сих пор старается сохранить в мечети татарский фактор. Пятничные проповеди всегда начинает на татарском, затем только переходит на русский, приветствия на татарском, и сохранился у нас обычай после намаза вставать в круг и об руку здороваться с присутствующими на намазе. Равиль хазрат сохранил это, и все знают, что это обычай татарский.

— Наверняка сохранить татарский язык в Петербургской мечети невозможно…

— Я с этим не согласен. Мечеть у нас остается центром сохранения национальной идентичности. Муфтий Равиль хазрат Панчеев сам прикладывает большие усилия в этом направлении. Благодаря ему работает Центр «Мирас», он арендовал для него здание, здесь работает ансамбль «Мирас», проводятся выставки, курсы татарского языка. Сейчас в Санкт-Петербурге татарский язык можно изучать в двух местах — это «Центр Каюма Насыйри» в нашем постоянном представительстве, занятия проходят два раза в неделю, и в Центре «Мирас». Курсы татарского языка у нас должны быть в каждом углу, и люди должны туда приходить. Работа татарского центра является примером того, что сохранение языка, традиций происходит не просто призывами, но и реальными делами.

Фото: dumrt.ru

— Вы также проводили конференцию о газете «Нур». Первая в истории татарская газета вышла не в Москве или Казани, а именно в Петербурге. Конечно, была до этого газета «Терджиман», но «Нур» — первая газета казанских татар. Звучали упреки в том, что этому уделялось недостаточно внимания. Вы с этим согласны?

 — Действительно, Рамис, газета «Терджиман» Исмаила Гаспринского — великое достижение, она многие годы объединяла весь тюркский мир. А «Нур» — это уже наша, татарская газета. Тот же Атаулла Баязитов на волне развития татарского национального сознания в годы первой русской революции, в 1905 году добился выхода газеты на татарском языке. То, что она появилась в Петербурге, с одной стороны, может казаться странным. С другой — эти идеи в Казани тоже продвигались, например, известным ученым Каюмом Насыйри. Но им разрешения получить не удалось. В Петербурге Атаулле Баязитову было легче, потому что он к тому же был ахуном Петербургского гарнизона, поэтому возможностей у него было больше.

Атауллу Баязитова мы знаем как просветителя, издателя газеты, но он еще был крупным мусульманским религиозным деятелем, преподавал тюркские языки и исламское право в Азиатском департаменте, был надворным советником Министерства иностранных дел.

После 1905 года у татар появились уже десятки газет в Казани, Уфе, Оренбурге. Но было важно начать, и этот первый шаг сделал Атаулла Баязитов именно в Петербурге.

Юбилей газеты мы провели также в онлайн-формате, пригласили ведущих ученых. Модераторами и участниками встречи стали редактора татарских газет со всех регионов России, вы тоже были среди них. Онлайн-конференция прошла на площадке нашего сайта PITER.TATAR, который работает благодаря нашему активисту, программисту Равилю Закирову. Он полностью финансирует работу этого портала, содержит сотрудников. Конечно, мы очень рады, что у нас есть такие благородные люди, наши единомышленники.

Еще только недавно на сайте провели онлайн-концерт в преддверии Сабантуя. Он очень понравился зрителям, писали комментарии с благодарностью. Равилю Закирову помогать взялись активистки из организации «Ак калфак», и теперь они вместе работают.

— Первый номер газеты «Нур» вышел 2 сентября, но День татарской журналистики почему-то отмечают 19 мая. Вы не знаете, с чем это связано?

— Точной информации у меня нет. Но, думаю, тут важно даже не это, а сам факт появления татарской национальной прессы, дата не принципиальна. У нас есть несколько номеров газеты, доподлинно известно, что она начала выходить в сентябре.

— А когда было получено разрешение — возможно, в мае?

— Разрешение было получено раньше, да. Может быть, действительно дата связана с этим.

«Не думаю, что в переписи потеряем позицию по численности»

 — Ренат Накифович, осенью пройдет Всероссийская перепись населения. Это очень ответственный для татарского народа момент, особенно в Башкортостане, где есть вероятность искажения процента численности татар в пользу башкир. Как вы думаете, если такая попытка будет наблюдаться в Петербурге, как должны вести себя татары, как реагировать?

— Это действительно очень сложный вопрос. Я слежу за темой в татарской прессе, знаком с точкой зрения и той и другой стороны. Тема стала настолько большой, что некоторые наши ученые вынуждены практически заниматься только ей, и это не радует.

В Петербурге мы не видим каких-либо попыток рассорить наши народы. Тот же Сабантуй мы проводим как «татаро-башкирский праздник». Наряду с Татарстаном соседняя республика тоже присылает нам художественные коллективы, целые районы, чтобы обеспечить программу Сабантуя, помочь организаторам. На концерте татарские номера чередуются с башкирскими, национальные подворья тоже ставим и татарские, и башкирские.

Наши организации «Юлдаш», «Питер юллары» тоже идут как татаро-башкирские. У нас двенадцать ветеранов Великой Отечественной войны, мы заботимся о них, на 9 мая, День республики, на Новый год отвозим им продуктовые наборы, подарки. Так вот, среди них есть и башкиры, и татары. Для нас нет никакой разницы, татарин этот ветеран или башкир. В Петербурге постоянного представительства Башкортостана нет, оно закрылось. В Москве есть. Московское представительство тоже помогает этим двенадцати ветеранам, при оказании помощи не делит их на татар и башкир.

У нас около 60 блокадников, они тоже уже в пожилом возрасте. В день снятия блокады мы их тоже поздравляем, делаем им подарки. Нам помогают спонсоры — наши ребята, бизнесмены. На Курбан-байрам отвозим им мясо. Постоянно представительство им тоже отправляет подарки и тоже не делят на татар и не татар.

Такого разделения у нас вообще нет. Так как представительства Башкортостана в Петербурге нет, из Башкортостана с личными вопросами иногда приходят к нам. Из Татарстана приезжают, например, с просьбой помочь с поступлением в вуз или по медицинским вопросам, потому что в Петербурге сильные специалисты и по онконаправлению, и офтальмологии. Есть представительство башкирского конгресса в Питере, но из Башкортостана обращаются к нам, мы им также стараемся помочь.

Перепись населения — важный вопрос, это позволит нам с политической стороны показать нашу численность. Не думаю, что татары потеряют свое второе место по численности. Какой бы ни была ситуация, не думаю, что она настолько опасная. Сокращение численности населения — это тенденция, не только татар меньше становится, но и русских, и других национальностей. Мы должны сохранить второе место. Мы эту мысль продвигаем, в общении с соплеменниками мы всегда говорим, что они не должны бояться называть себя татарами, четко зафиксировать это при переписи. К тому же перепись можно будет пройти онлайн, поэтому думаю, что это немного облегчит задачу.

Межнациональные браки тоже являются значительной проблемой, потому что в таких семьях редко ребенок воспитывается на татарском языке и с татарским самосознанием.

По данным переписи 2010 года, в Петербурге татар — 30 800 человек, в Ленинградской области — 8900 человек. Надеюсь, мы сможем сохранить эти цифры, не думаю, что будет большой минус.

— Получается, в период между переписями 2002 и 2010 годов мы потеряли 200 тысяч татар. Даже по сравнению с периодом между началом войны и после войны, даже там численность татар росла, а тут сократилась. Войны нет, а нас становится меньше. Почему?

— Вы знаете, в каком состоянии была экономика в 2002 году. Демография в упадке, семьи не решались даже на двоих детей. Возможно, причина в этом. Перепись того года отражает положение дел в 90-х. Я сам задумывался, откуда такие цифры, ведь это очень много. Конечно, здесь может быть и большая политика. Перепись никогда не даст стопроцентно верных данных. Вот вы сказали — 200 тысяч человек, это тоже условные цифры. Каждый может понять, насколько они реальны, даже посмотрев вокруг себя — сколько односельчан, знакомых, соседей умерло, сколько родилось. Возможно, кому-то выгодно играть с такими большими цифрами.

— Перед переписью активизировались также и сторонники разделения татар на этнические группы. В Башкортостане открываются национальные центры мишарей, в Петербурге ведь тоже мишарей много. Есть у них попытки как-то обособиться, перестать считать себя татарами?

 — Я вообще не понимаю, для чего это нужно... Как, например, несколько человек собираются и начинают себя называть другим народом. С какой целью они это делают, что им это дает? Или есть какие-то силы, которые подсказывают, подталкивают их к этому, или же они сами заблуждаются, и вовлекаются в эту игру. Я сам, например, из Арска. Я же не кричу направо-налево: «я казанский татарин», «я тептяр» или «я мишарин». В этом нет смысла, это даже будет выглядеть глупо. Ты еще можешь говорить это в узком кругу, друзьям, близким.

Ты лучше хвастайся своими делами, а хвастаться своим происхождением — это вообще несерьезно.

У нас я такого не замечал. У нас каждый занимается в том направлении, которое ему интересно. Я считаю, что разделять татар на группы нельзя, запрещается такое делать даже на эстраде. Если ты на сцене, то являешься тем человеком, который воспитывает зрителя. Шутки ниже колен, непристойные движения переодетых в татарских бабушек артистов — такое непозволительно. Артисты — они воспитатели нашей нации. Кто-то «заигрывается» в этой теме, сначала себя называет представителем одного народа, а потом — другого. Такими играми человек просто теряет свой авторитет, и всё.

— Недавно одна наша журналистка обратила внимание на проблему акцентшейминга, то есть высмеивания акцента человека в том или ином языке. Эта девушка татарка, но родной язык начала изучать только в годы учебы в вузе, и она пишет, что в Петербурге над ее акцентом посмеялись. Притом в самом Петербурге тоже нет татарских школ и акцент привычное дело.

 — Я сам окончил татарскую школу, в университете, аспирантуре учился на родном языке и всегда работал в татарских коллективах. Я по-русски разговариваю с татарским акцентом, потому что я татарин, мой родной язык татарский. Поэтому если кто-то с акцентом говорит на татарском или другом языке, ничего постыдного в этом нет. Например, в Петербурге много татар из Мордовии, у них действительно особенный говор. Есть фонетические особенности — скажем, акцент. Но они из-за этого не стесняются, наоборот, в русскую речь вставляют татарские слова, это оживляет их речь. У меня спрашивают, правильно они произнесли слово, иногда я поправляю и всегда говорю, что не надо стыдиться, ничего такого в этом нет. Если смеяться над акцентом человека, то он может отвернуться от языка, потерять всякое желание дальше говорить на нем.

Пусть человек говорит так, как ему удобно. Я, например, привык говорить «әчкеч», хотя в литературном варианте — «ачкыч» (ключ). Но у нас в Арске все используют мягкий вариант, а твердый для меня более трудный в произношении. Такие затруднения могут быть у многих, и смеяться над этим не надо.

— Журналистка тоже говорит, что люди начинают стесняться, перестают говорить на родном языке…

— Может быть, это от нехватки воспитания или же ума. Это, конечно, неправильно — смеяться над речью человека. У нас, у тата,р говорят: «Не трогай то, что тебя не трогает». Я считаю, что смеяться над акцентом так же недопустимо, как смеяться над физическим недостатком человека.

— Какие планы татары Петербурга собираются реализовать в ближайшее время? Ожидаются ли инвестиции в Татарстан или же инвесторы из нашей республики собираются в Питер?

— Действительно, работа с инвесторами — основная деятельность постоянного представительства. Только в эти дни в Казани мы провели около десятка встреч. Вчера только встретились с руководством Агентства инвестиционного развития РТ, презентовали наши новые проекты. Проекты есть, и они реализуются. В KazanMall открылась «Лента», теперь наша торговая сеть имеет уже шесть магазинов в Татарстане. Также питерская компания «Улыбка радуги» вошла в Татарстан при нашем содействии, и у них уже около 110 магазинов в республике. Теперь думаем привести в Татарстан сеть магазинов стройматериалов «Петрович». Это новый формат покупки строительных материалов, основанный на том, что весь купленный товар клиенту доставляется на дом. Это самый большой строительный гипермаркет в Питере.

На данный момент ведем работу по привлечению нескольких питерских проектов в Свияжский межрегиональный мультимодальный логистический центр. Из-за закрытия границ в пандемию объем инвестиций из Петербурга в Татарстан увеличился на 18 процентов, мы очень рады этому. Работа по инвестициям в республику будет продолжена.

Фото из личного архива Рената Валиуллина

Хочу здесь отметить, что в Петербурге у нас работает хороший проект по популяризации Татарстана, это «Татарский дворик». Это уголок Татарстана на известном Хасанском рынке Петербурга. Эту работу начал Азнакаевский район. Сегодня уже есть соглашение между Азнакаевским районом и Красногвардейским районом Петербурга, и на его основе появился этот проект. Большой грузовик каждую неделю привозит из Татарстана произведенные в республике товары — молочные продукты, сыр, колбасу, чак-чак, баурсак… Жители города очень полюбили все это, поступление ожидают с нетерпением, даже очереди появляются. Теперь мы думаем сделать такие «Татарские дворики» еще в двух-трех местах города.

Автор: Рамис Латыпов

 

news_right_column_1_240_400
news_right_column_2_240_400
news_bot_970_100