news_header_top_970_100
news_header_bot_970_100

Отремонтируют и откроют музей: что ждет возможно старейшую деревянную мечеть Татарстана?

В самом крупном селе Пестречинского района планируют отреставрировать здание старинной мечети. Местные краеведы считают, что она может оказаться старейшей деревянной мечетью Татарстана. Корреспонденты ИА «Татар-информ» побывали в селе Шали.

Отремонтируют и откроют музей: что ждет возможно старейшую деревянную мечеть Татарстана?
news_top_970_100

В селе Шали Пестречинского района сегодня проживают около четырех тысяч человек. Село большое, поэтому и мечетей две. Они названы именами людей — «Марзия» и «Загир». Кроме того, в селе есть медресе, а также здание бывшей Соборной мечети, которая предположительно была построена в 1895 году. В последнее время появились сообщения, что здание будет отреставрировано и, возможно, отдано под краеведческий музей.

Здание в аварийном состоянии

У старой мечети и новой, действующей мечети «Марзия» общий двор и общие ворота. Но деревянная постройка позапрошлого века уже в довольно ветхом состоянии, она закрыта на замок, и в целях безопасности мы не стали в нее заходить. Просто понаблюдали, как в пятничный день в мечеть «Марзия» со всех концов села стекаются прихожане — кто пешком, кто на машине и даже на грузовике. Мы тоже зашли в мечеть и сначала попали в небольшую специальную комнату для приветственного намаза — его читают после того, как переступили порог храма. За комнатой еще одна дверь, и за ней уже основной зал, где совершается коллективный намаз.

На пятничный намаз в мечеть «Марзия» пришли около сорока человек. Вроде бы много, но если учесть, что в селе проживает 4 тысячи человек, цифра уже не кажется такой большой. В основном это люди пожилого возраста, старики, молодых совсем мало.

После того как имам мечети «Марзия» Исламгали хазрат Мухутдинов закончил свою пятничную проповедь, люди стали выстраиваться в один ряд для совершения намаза.

Имам спросил: «Кто произнесет азан (призыв к намазу. — Ред.)»? Оказывается, здесь принято поручать это кому-нибудь из прихожан. Пока сельчане решали, вызвался фотограф ИА «Татар-информ» Салават Камалетдинов. Хоть я и знал, что он соблюдает пятикратный намаз и что в свое время работал в мечети «Кул-Шариф», все равно это стало для меня неожиданностью. Надо сказать, что с задачей наш коллега справился прекрасно. Думаю, старожилы тоже признали и одобрили мастерство казанского гостя.

Мулла «от народа»

Исламгали хазрат признался, что не знает о планах восстановить здание исторической мечети. «Конечно, было бы хорошо. Бревна еще не гнилые, только нижние ряды надо будет поменять. Этот сруб однажды уже укрепили изнутри угольниками. Если бы не это, он развалился бы. А вот у минарета сердцевина очень крепкая. Мы внутрь не заходим, боимся, что здание обвалится. Закрыли на замок», — сказал мулла.

По его словам, здание непременно надо сохранить. «Это наша история, память предков. Оно и на молодежь влияет, воспитывает уважение к прошлому. Когда такое здание стоит рядом с действующей мечетью, интересно и туристам, и гостям нашего села», — говорит хазрат.

Сам Исламгали Мухутдинов оказался, как говорится, муллой «от народа», то есть руководить приходом его попросили сами прихожане, хотя у имама никакого специального исламского образования нет.

Исламгали хазрат Мухутдинов, фото Салавата Камалетдинова

«Родился и вырос в этой же деревне. Всю жизнь работал трактористом в колхозе. Вышел на пенсию. Встал на путь ислама. В этой мечети раньше был другой имам, он умер. Покойный хазрат многому меня научил, спасибо ему. По предложению имама мечети «Загир» Тимура хазрата Латыпова меня сельчане выбрали имамом в мечеть «Марзия». Обязанности имама я стал исполнять только потому, что больше некому было этим заниматься. Люди сказали — кто-то должен быть имамом, надо выполнять предписания Аллаха, вести намазы… Вот так я за это взялся», — рассказал хазрат.

Наши двери никогда не закрываются, говорит он. «На Ураза-байрам и Курбан очень много собирается. На пятничные намазы приходят меньше, потому что все работают. Старики только не могут ходить, они дома читают. В обычные дни людей еще меньше. Кто-то вообще в Казань ездит работать, в мечеть не может ходить. А в пятницу бывает и сорок, и пятьдесят человек, это радует. Но на праздниках намного больше, даже места всем не хватает», — пояснил хазрат.

«Мечеть спасли жители деревни»

Среди прихожан оказался аксакал села Наиль абый Газимов — он рассказал нам историю старой мечети.

«Село наше в то время росло и расширялось, а мечеть была одна, со временем она осталась где-то на окраине. Решили построить еще одну мечеть — уже где-нибудь в центре села. Но для этого надо было переселить несколько семей из центра, это стало проблемой. Однако все же люди ради общего дела согласились. Как рассказывают, мечеть отстроили за год, и она заработала. Это довольно большая мечеть. С учетом минарета, около 17 метров высотой. Внизу подвал», — рассказал аксакал.

В годы советской власти в мечети располагался филиал Казанского кожевенного объединения. До этого был интернат.

В книгах пишут, что минарет мечети восстановлен в 1989 году. Но это не совсем верная информация. Потому что, чтобы восстановить минарет, надо, чтобы он был снесен. А минарет этой мечети никогда не сносили. В 1989 году поменяли кровлю самого здания, жестяную облицовку минарета. Поэтому ни о каком восстановлении минарета речь не идет. Минарет отремонтировали мужчины этого села», — рассказал Наиль Газимов.

Наиль Газимов, фото Салавата Камалетдинова

Когда в большинстве татарских деревень минареты мечетей были срезаны, снесены, разрушены, в Шалях его удалось сохранить, так же, как само здание мечети. Также и в царские времена мусульмане села сопротивлялись насильственному крещению и даже спасали от крещения жителей соседних татарских деревень. И мечеть с ее минаретом им удалось отстоять.

Наиль Газимов выразил пожелание от имени всех жителей села: мечеть должна сохраниться. «Хорошо бы, если отреставрируют мечеть, исследуют ее, изучат историю — это же наследие, память наших предков. Она стала бы гордостью не только Пестречинского района, но и всего Татарстана. Может быть, и расходов много потребует, возможно, будет необходима помощь от республики. Мы не говорим, что она нам нужна как молельный дом, — у нас уже есть теплая, светлая, чистая мечеть. Может, там сделают музей, который будет рассказывать о жителях этого села, их быте?.. Мне кажется, нам есть что выставить в этом музее. В Шалях в данное время такие музеи есть в Доме культуры, мечети «Загир» и в школе», — пояснил старожил.

Старая мечеть закрылась всего десять лет назад. Она перестала действовать с появлением новой мечети — «Марзия». Интересная деталь — она не относится к Духовному управлению мусульман Татарстана. Эту мечеть построил уроженец Шали Ильсур Гайнетдин. Правда, по словам прихожан мечети, жители села тоже помогали строительству. «Илсур — владелец этой мечети. Сам построил. Ему большое спасибо», — говорит Наиль абый.

Прихожане говорят, что построивший новую мечеть Ильсур Гайнутдин — родственник председателя Совета муфтиев России Равиля Гайнутдина. Правда, точно сказать никто не может. Кто-то говорит, что не знает, а кто-то утверждает, что они действительно родственники, и начинает вспоминать представителей рода Гайнутдиновых.

«В неподконтрольной ДУМ РТ мечети могут распространять плохую идеологию»

После мечети «Марзия» мы решили наведаться в другую действующую мечеть Шалей — «Загир». Нас встретил довольно молодой на вид имам — Тимур хазрат Латыпов. В отличие от своего коллеги он не «выбранный» жителями, а приглашенный, и даже не из Казани, а из другого региона — Чувашии. У Тимура хазрата есть специальное образование, поэтому его здесь называют «указным» муллой.

Тимур хазрат Латыпов, фото Салавата Камалетдинова

В разговоре с Тимуром Латыповым стало ясно: между двумя мечетями в этом селе есть разногласия, недопонимания. Потому что «Марзия» — частная мечеть, а «Загир» подчиняется ДУМ РТ.

«В нашу мечеть по пятницам приходят около ста человек. В другую мечеть — меньше. Это можно объяснить просто. Потому что «Марзия» находится в частном владении. Это ни для кого не секрет. А по шариату Дом Аллаха должен принадлежать народу. В мечети должен быть официально работающий имам, и он должен подчиняться Духовному управлению мусульман. А эта мечеть не зарегистрирована в муфтияте, поэтому хазрат этой мечети тоже не зарегистрирован. Поэтому пятничные намазы, прочитанные там, считаются сомнительными. Те, кто это знает, более-менее образованные сельчане, пятничный намаз читают не там, а приходят сюда», — рассказал Тимур хазрат.

«Когда в доме нет хозяина, там творится беспорядок. Раз эту мечеть ДУМ РТ не контролирует, там могут быть желающие распространить не соответствующую традиционным ценностям, вводящую в заблуждение идеологию. Туда могут прийти люди разной точки зрения и почитать намаз, проповеди. Потому что там никого не проверяют. Мы в мечетях духовного управления кого попало звать не можем. А в мечеть, у которой нет никакой регистрации, может прийти любой. Позовут человека, который красиво говорит, а он начнет распространять разную идеологию. Это очень опасно. Я стараюсь не вмешиваться в их работу», — сказал имам-хатыйб мечети «Загир» Тимур Латыпов.

«Скорее всего, старая мечеть построена на тридцать лет раньше»

Съездили мы также и в школу села Шали. Там нас встретила директор Минзифа Хасанова. В музее школы хранятся исторические данные о старой деревянной мечети Шали.

фото Салавата Камалетдинова

«Датой основания мечети называют 1895 год, но я думаю, что это не так. Она должна быть построена еще раньше. Потому что, судя даже по внешнему виду камней в фундаменте, бревен, она еще более старая. Мне кажется, ее возвели еще в 1860-х годах. У меня есть такие предположения», — говорит директор школы.

«Почему я так считаю? Ходит такое предание: как-то один человек захотел совершить хадж, собирал деньги у людей. Но он умер. Сын начал тратить собранные деньги, и родственники ему сказали, что это неправильно, что на эти деньги следует построить мечеть. Этот парень по пути из Казани заночевал в Шалях. Сельчане оказали ему все почести, угостили как следует. Тут он задумался: может, мечеть построить здесь, в Шалях? Жители деревни, конечно, тоже помогали. Собирали деньги с каждого дома. Поэтому я думаю, что строительство мечети пришлось на 1860-е годы», — полагает собеседница.

По ее словам, в советское время много раз собирались срезать минарет этой мечети, но ни у кого рука так и не поднялась. «По архивным данным так же видно, что мечеть существовала еще с 1895 года. Но кто-то неправильно показал числа. Годы перепутаны. Поэтому так получилось», — говорит Минзифа Хасанова.

Минзифа Хасанова, фото Салавата Камалетдинова

Она также подтвердила, что из мечети может быть сделан музей. «Недавно глава Пестречинского района сказал нам, что мечеть будет отремонтирована и из нее сделают музей. Возможно, при поддержке Равиля Гайнутдина. Он тоже из этого села. Я была его учительницей. Очень способный был ребенок. Если глава так сказал, значит, так и планируется сделать. В таком музее можно было бы рассказать об истории села, о самой мечети. Представим фотографии первых имамов села и тех, кто сейчас работает», — поделилась директор сельской школы.

«Идея сделать из мечети музей действительно есть»

Позвонили в администрацию района, чтобы узнать информацию из первых уст.

«Действительно, предполагается, что мечеть будет отремонтирована и из нее будет сделан музей. Будет в этом деле помогать Равиль Гайнутдин или нет — сказать не могу. Пока ремонтные работы не начались», — ответил на наш вопрос руководитель аппарата Пестречинского муниципального районного совета Руслан Валиуллин.

Если исследования покажут, что мечеть в Шалях построена в 1860-х годах, то получается, она даже старше мечети деревни Олы Елга Рыбно-Слободского района — эта мечеть стоит с 1879 года и считается старейшей деревянной мечетью в Татарстане.

 

Источник: Адель Ахметзянов (www.intertat.tatar, перевод Алии Сабировой)
news_right_column_240_400_1
news_right_column_240_400_2
news_bot_970_100