news_header_top_970_100
16+
news_header_bot_970_100
news_top_970_100

Олег Григорьев: «Болезни агломераций одинаковы по всей России»

О градостроительных ноу-хау Москвы, наведении порядка в развитии Казани и проблемах городов республики рассказал директор Института пространственного планирования Татарстана Олег Григорьев в интервью главному редактору «Татар-информа» Ринату Билалову.

Олег Григорьев: «Болезни агломераций одинаковы по всей России»
Олег Григорьев: «Немало сделано в плане разработки нормативов и стандартов проектирования, это очень важный аспект»
Фото: © Рамиль Гали / «Татар-информ»

«У меня в команде – пять москвичей»

Институт пространственного планирования республики работает уже несколько месяцев. Каковы первые результаты деятельности?

Со старта прошло не очень много времени, но за этот период мы укомплектовали коллектив, сегодня в институте трудятся более ста человек. Уже значительно продвинулись в части анализа ситуации в Казанской агломерации, вокруг Иннополиса, Свияжского мультимодального логистического центра. Немало сделано в плане разработки нормативов и стандартов проектирования, это очень важный аспект. Работаем над развитием ГИСОГД и системой мониторинга градостроительной деятельности. Активно сотрудничаем с муниципальными районами.

Вы сказали о том, что коллектив насчитывает около ста сотрудников. А кто эти люди? По какому принципу вы их приглашаете, какова структура Института?

Часть сотрудников я пригласил с собой из Москвы. В свое время мы делали вместе с ними генплан Казани, разрабатывали ПЗЗ (правила землепользования и застройки). В целом у меня в команде пять москвичей. Это костяк коллектива. Среди них – мой первый заместитель Максим Викулин, именно он занимался принципиально важными документами для Казани – Генеральным планом и правилами землепользования и застройки, которые, собственно, и определяют градостроительную организацию всей городской жизни. Специалисты из Москвы очень много работали по всей России, не только по столице: это Уфа, Казань, Воронеж, Якутск, Астрахань, Южно-Сахалинск, Севастополь и другие города. Это очень опытные люди. Плюс местные кадры, которые пришли частично из ГУП «Татинвестгражданпроект», частично из МКУ «Управления архитектуры и градостроительства Исполнительного комитета Муниципального образования города Казани», частично из МБУ «Институт развития города». За это на меня руководители этих институтов несколько обижены, но, тем не менее, нам дальше работать вместе с ними. У нас у всех есть полное взаимопонимание по задачам развития Казани и городов республики. Будем работать единым фронтом.

«Максим Викулин занимался принципиально важными документами для Казани – Генеральным планом и правилами землепользования и застройки»

Фото: genplanmos.ru

Один из основных проектов, над которым вы работаете, это Казанская агломерация. Какие вы видите здесь основные болевые точки с позиции проектировщиков?

Да, развитие Казанской агломерации – это одна из центральных наших задач. Проблемы самой агломерации очевидны любому жителю Казани и ближайших пригородов. Это утренние пробки, дисбаланс размещения мест проживания и мест приложения труда. Болезни агломераций крупных городов абсолютно одинаковы по всей России. Они и в Москве точно такие же. В Казани нет ничего сверхъестественного. Наша задача – купировать все эти проблемы, начиная с самой болезненной территории – Куюков и заканчивая развивающимися территориями, среди которых, например, большой Зеленодольск или Лаишевский узел на юге города. Необходимо сбалансировать развитие агломерации в целом, с тем чтобы не возникало перекосов и чрезмерных утренних пиковых нагрузок.

«Границы реального города совершенно другие»

Какой документ должен появиться на выходе?

Документ под названием «мастер-план». В действительности это не документ в правовом, юридическом смысле, он не предусмотрен в Градостроительном кодексе РФ. Но, тем не менее, это удобный инструмент для работы. В нем мы можем посмотреть на ситуацию в целом, дать решение в целом по агломерации. К примеру, генплан Казани мы делали с пониманием, что Казань – это агломерация. Но при утверждении мы вынуждены принимать решения только в части самой Казани, то есть в ее административных границах. А территория агломерации практически в два с лишним раза больше, чем сама Казань. Границы реального города совершенно другие. Мастер-план – это документ не только пространственного, но и социально-экономического развития.

«Территория агломерации практически в два с лишним раза больше, чем сама Казань. Границы реального города совершенно другие»

Фото: © Султан Исхаков / «Татар-информ»

Российское законодательство построено таким образом, что достаточно жестко разграничиваются документы пространственного развития (генеральный план, правила землепользования и застройки, проекты планировок) от документов социально-экономических. То есть есть Стратегия социально-экономического развития города, республики, любого района и генеральные планы существуют в разных измерениях и связаны очень формально. В мастер-плане мы объединим эти две задачи. Мы сделаем документ, не обращая внимания на административные границы, привлечем к его обсуждению население, всех стейкхолдеров территории, администрации. Таким образом, мастер-план – это максимально открытый, максимально обсуждаемый, максимально широкий документ, на основе которого создается стратегический план развития территории агломерации. Он будет утверждаться, но не будет иметь юридической силы, поскольку не предусмотрен законодательством. Затем содержание этого документа мы уже переложим в официальные документы: генеральный план Казани, ПЗЗ Казани, генеральные планы и ПЗЗ окружающих районов, документы планировки. То есть один общий документ будет разложен на ряд структурных документов, имеющих официальный статус.

На какой период в мастер-плане предусматриваются принципы дальнейшего развития Казани?

Мы рассчитываем примерно до 2050-го года.

«Наша задача на ближайшие десять лет – сбалансировать развитие города, агломерации, где-то тормозить жилую застройку, не обеспеченную инфраструктурой»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Предстоит большая работа по наведению порядка»

А сейчас можно сказать об основных чертах этого будущего? Например, пусть не 2050-м году, а хотя бы в 2030-2035-х годах – что в городе будет отличаться от того, что есть сейчас? С точки зрения географии города, населения.

Конечно, делается демографический прогноз, мы должны понимать, какое население будет в Казани. Принципиальное отличие, я надеюсь, будет заключаться в большей сбалансированности развития территории. Мы постараемся купировать то, что наблюдаем сейчас: появление жилых комплексов, не обеспеченных местами приложения труда, транспортом, социальными объектами. Наша задача на ближайшие десять лет – сбалансировать развитие города, агломерации, где-то тормозить жилую застройку, не обеспеченную инфраструктурой. Это ускорит развитие инфраструктуры, причем в нужных местах, там, где это нужно сегодня. Здесь нам предстоит поработать и с органами государственной и муниципальной власти, с девелоперами, которые намерены в ближайшем будущем построить свои объекты там, где их сегодня строить нельзя. Предстоит большая работа по наведению порядка в развитии территории, по приведению к правильному балансу жилой и нежилой застройки, а также очередности реализации как самой застройки, так и транспортно-инженерной инфраструктуры.

«Накладываем друг на друга генеральный план и правила землепользования и застройки – все пропало»

Вы заявляли, что генплан Казани и проекты планировки ближайших к ней районов не соответствуют Правилам землепользования и застройки. Об этой проблеме у нас постоянно говорит и руководство республики. Как вы считаете, почему так произошло? Где случился сбой?

По Казани нет особых вопросов, потому что, во-первых, в Казани и генплан, и ПЗЗ делали мы – я и мой ближайший помощник, сегодняшний мой заместитель. ПЗЗ и генплан Казани четко выверены друг с другом. Причем ПЗЗ Казани сделано таким образом, что некоторые территории «заморожены», это своего рода ноу-хау, которое мы сюда внесли. В видах разрешенного использования тех или иных территорий стоит буква «Ф», то есть собственник земельного участка не может там ничего делать, только владеть участком. По сути, вся восточная дуга города, которая сегодня не имеет ни дорог, ни инженерной инфраструктуры, в части застройки жилых объектов находится в таком замороженном состоянии. Постепенно, по мере появления дорог, город будет эти территории размораживать. Построили дорогу, построили инженерную инфраструктуру, значит, в этом месте возможна жилая застройка.

Другое дело – периферия агломерации, это те районы, которые находятся за границей городской черты. Там мы это анализировали, показывали уже результаты руководству республики – везде есть более-менее приличный генеральный план. Он сделан грамотно, есть инфраструктура, есть территория, предназначенная для соцобъектов, и т.д. Накладываем друг на друга генеральный план и правила землепользования и застройки – все пропало. Нет инфраструктуры, нет соцобъектов, рекреационных зон, все поглощается жилой застройкой. Причина этого достаточно прозаичная: муниципалитет не обязан ни с кем согласовывать правила землепользования и застройки. Закон оставляет этот зазор, которым муниципалитеты достаточно много пользовались. Район разрабатывает ПЗЗ, иногда за коммерческие деньги. В соответствии с ГрадКодексом РФ муниципалитет не обязан согласовать его ни с республикой, ни с соседями. Да, ПЗЗ формально проходит публичные слушания, и все – мы получаем то, что сегодня имеем. Плюс к этому проекты планировки тоже, в свою очередь, не соответствуют правилам землепользования и застройки, там иногда ситуация еще хуже. Даже то, что осталось в ПЗЗ, – оно исчезает в планировке земельного участка. Чаще всего владелец стремится выжать участок досуха, построить максимальный объем квадратных метров, какой только можно. Он всегда будет стремиться к максимальной плотности, к получению максимальной финансовой выгоды с этого земельного участка.

«Чаще всего владелец стремится выжать участок досуха, построить максимальный объем квадратных метров, какой только можно»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Территорией по-другому не получается управлять»

Говорят, что вы хотите добиться, чтобы муниципалитеты не могли сами управлять своим генпланом. Они должны будут согласовывать его с республикой, в частности с вашим институтом. Это действительно так?

Это действительно так.

А как этого можно достичь? Кто-то из наших соседей так уже сделал?

Такой механизм есть, и многие российские регионы это сделали уже давно – к примеру, Нижегородская, Самарская, Ульяновская области.

Как это работает, какие решения нужно принять?

В местное законодательство вносятся изменения, предусматривающие передачу части полномочий от муниципалитетов к субъектам РТ. В этом нет ничего сверхъестественного. Многие регионы уже пришли к пониманию, что территорией по-другому не получается управлять. То, что сейчас мы видим, – это последствия этого зазора в законодательстве, когда каждый муниципальный район решает сам, что и как он делает. Это приводит к тому, что сегодня мы получили массовые застройки без социальных объектов, без всего жизненно необходимого. Последствия очевидны, очевидно и решение. Оно апробировано уже во многих регионах. Татарстану нужно догонять их в этом плане.

Принятие мастер-плана означает дальнейшее изменение генплана Казани?

Нет, это не так. Сегодня идет очередная корректировка генплана Казани. В ней уже заложена идеология развития города в рамках агломерации. То есть корректировки в генеральный план, которые будут утверждаться этой осенью - они уже, в принципе, содержат те позиции, которые разрабатываются в мастер-плане. Здесь обстоятельства так удачно сошлись, что мастер-план начал разрабатываться параллельно с внесением изменений в генплан Казани.

Если говорить о других муниципалитетах, то в прошлом году был большой резонанс при принятии генплана Набережных Челнов, шли горячие обсуждения, было много разных мнений. Что вы думаете об этом генплане?

Он еще не принят, находится в процессе рассмотрения. Я хорошо знаю эту работу. Наш институт будет готовить Правила землепользования и застройки Набережных Челнов. Там при стыковке с генеральным планом есть определенные шероховатости. При необходимости мы будем помогать авторам генерального плана. Сейчас как раз идет процесс согласования, мы свои замечания уже дали. И при необходимости будем участвовать в устранении этих замечаний и, если понадобится, подключимся к работе.

В 2022 году был большой резонанс при принятии генплана Набережных Челнов, шли горячие обсуждения, было много разных мнений

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

Как обстоит дело в других городах республики, к примеру, в Альметьевске?

Для меня это город знакомый. Я сталкивался с работой по Альметьевску, еще работая в ГАУ «Институт Генплана Москвы». Генпланом Альметьевска мы тоже начинаем заниматься в этом году. Подготовим генплан и правила землепользования и застройки. А Камская агломерация в целом – это уже планы на 2024-й год: Набережные Челны, Нижнекамск, Менделеевск, Елабуга – вся Камская агломерация.

Вернемся ближе к Казани. Какова ситуация с генпланами в районах, прилегающих к столице?

Там сейчас будет вестись работа по правилам землепользования и застройки. В течение этого года мы будем вносить радикальные поправки в документы многих районов и сельских поселений.

«Автомобилизацию невозможно догнать строительством дорог»

В последние годы в Казани идет бурное дорожное строительство вылетных магистралей – Вознесенского тракта, дублера Горьковского шоссе, речь уже идет про дублера Оренбургского тракта. На сколько лет мы отсрочим наступление следующих проблем, связанных с ростом интенсивностью движения?

Вице-премьер РФ Марат Хуснуллин правильно говорит, что автомобилизацию невозможно догнать строительством дорог. Это на самом деле так. Сделать развязку на каком-то участке дорожной сети – самый дорогой способ передвинуть пробку в другое место.

Ваш вопрос состоит из многих компонентов. Упорядочение и снижение нагрузки на транспортную сеть – это и стройка улично-дорожной сети, это и развитие общественного транспорта. Человеку должно быть удобнее доехать до нужного места на общественном транспорте, нежели на своем личном автомобиле. Но для этого транспорт должен быть комфортабельным, равно как и время его ожидания – оно не должно превышать пяти минут. Это ужесточение правил паркирования. Это другие тарифы, особенно по парковкам в центре города. Это и перестройка всей системы паркирования, чтобы автомобилист не мог бросить машину, где попало, как это происходит сейчас. Приехал, поставил машину во дворе или где-то в городе – и все на этом. Попробуйте сделать так в каком-нибудь европейском городе – это невозможно. То есть все это – многоплановые задачи. И если вы не занимаетесь другими вопросами, то вы никогда не догоните автомобилизацию одним только расширением улично-дорожной сети.

«Сделать развязку на каком-то участке дорожной сети – самый дорогой способ передвинуть пробку в другое место»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

А в принципе – возможно ли выстроить систему без утренних пробок по направлению к городу?

Да, возможно до определенного уровня. Москва, задыхавшаяся в пробках, реализовала те задачи, о которых я говорил: строительство дорог, ужесточение правил парковки. Таким образом Москва добилась снижения показателя пользования личным транспортом. Сейчас общественным транспортом пользуется примерно 85% москвичей.

Неужели так много?

Да. Основную нагрузку, конечно же, берет на себя Московский метрополитен. Но при этом ритмично работает и общественный наземный транспорт. Также в перевозки включился и железнодорожный транспорт. Да, в Москву сейчас сложно заехать утром, достаточно сложно пересечь МКАД, но передвигаться по территории Москвы в утреннее время можно уже достаточно свободно. То же самое с Казанью: если мы решаем все перечисленные вопросы, то рано или поздно добьемся того, чтобы народ пересел из машин на общественный транспорт. В этом случае у нас падает трафик личного транспорта, падает балансовое движение, маятниковое движение. Но здесь вступает в действие другой фактор: необходимы рабочие места на периферии города – это тоже одно из условий уменьшения потока в сторону центра города. Должны быть задействованы все способы, все средства: сбалансированное расположение мест приложения труда, мест проживания, транспорт. Этого реально добиться, когда одновременно решаются все перечисленные вопросы. Опыт Москвы это доказывает.

«Есть определенные нормативные отступы, в том числе по шумам. На участках, расположенных вплотную к дорогам, придется устанавливать шумозащитные экраны»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Иногда в муниципалитете просто нет специалистов, которые могли бы объективно оценить ситуацию»

На одном из совещаний Раис Татарстана Рустам Минниханов обратил внимание на то, что под строительство многоквартирных домов в районах, прилегающих к Казани, очень часто отводится земля, вплотную расположенная к дорогам. Что с этим делать?

Есть градостроительные нормы, в соответствии с которыми происходит размещение жилых домов, есть определенные нормативные отступы, в том числе по шумам. На этих участках, про которые говорил глава республики, придется устанавливать шумозащитные экраны.

За счет муниципалитетов или республики?

В данном случае этим будет заниматься республика, выделять средства для решения этой градостроительной ошибки. Здесь мы уже возвращаемся к вопросу о централизации функции планировки. Эти вопросы должны рассматриваться на уровне субъекта, иногда в муниципалитете просто нет специалистов, которые могли бы объективно оценить ситуацию. Когда мы поднимем полномочия на уровень субъекта, когда у нас решения будут принимать специалисты, которые знают нормативы и понимают последствия принимаемых решений, то они, естественно, не допустят такой ошибки, которая получилась в данном случае.

Для решения таких вопросов я предложил руководству республики создать постоянно действующую специальную градостроительную комиссию во главе с Раисом Татарстана Рустамом Миннихановым, которая будет рассматривать все вопросы, связанные с массовым строительством, с подготовкой и внесением изменений в генеральные планы, в ПЗЗ. Комиссия должна централизовать рычаги управления градостроительным развитием.

В Москве подобная комиссия во главе с мэром города Сергеем Собяниным действует уже более десяти лет. Она имеет двухступенчатую структуру. Есть рабочая группа, на которой рассматриваются текущие вопросы. Часть вопросов, которые не подготовлены, или которые содержат ошибки, сразу отсеиваются или отправляются на доработку. На рассмотрение мэра Москвы выносятся проверенные, выверенные решения. Аналогичным образом я предлагаю организовать работу и у нас в республике.

Одна из самых болевых точек в пригородах Казани – это Куюки, которые из маленькой деревни разрослись до поселения почти с пятьюдесятью тысячами жителей.

Мы насчитали около 45 тысяч человек.

«Некоторые вопросы, которые можно решить уже сейчас, решаются. Например, на территории Куюков не было определенных объектов социального обслуживания, не было МФЦ, все ездили в город»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Мы выступаем даже в такой нехарактерной для себя роли консалтинговой компании»

Есть масса проблем, связанных с таким бурным ростом. Ваши специалисты посещали Куюки, встречались с населением. Почему этот населенный пункт так разросся и что дальше с этим делать?

Сыграли роль дешевизна жилья и несколько неконтролируемое согласование тех проектов, по которым там это жилье реализовывалось. И понемножку эти 45 тысяч жителей набралось. Это произошло не единовременно, а в течение определенного периода. Мы работаем над темой Куюков, естественно, с участием администрации Пестречинского района, встречались с населением. Некоторые вопросы, которые можно решить уже сейчас, решаются. Например, на территории Куюков не было определенных объектов социального обслуживания, не было МФЦ, все ездили в город. Наши сотрудники совместно с Фондом поддержки предпринимательства, при самом активном участии жителей Куюков, нашли помещение под организацию МФЦ. Так что мы выступаем даже в такой нехарактерной для себя роли – своего рода консалтинговой компании.

Однако, скажем, вопросы по транспортному обслуживанию так быстро не решаются. Наши предложения, которые были заложены в проект генерального плана Казани, по понятным причинам были обрезаны по границам города, но в обосновывающих материалах эти решения были предусмотрены. Дорога, которая идет не через Салмачи, а выводит непосредственно на улицу Зорге, может быть построена достаточно быстро. Плюс к этому предполагается развитие территории Богородского сельского поселения, расположенного севернее Куюков. Этот проект также предусматривает строительство дорог, выводящих на Вознесенский тракт, строительство социальных объектов, которые частично будут работать на жителей Куюков. Это не ближайшая перспектива, это перспектива на 3-5 лет. Поэтому нам понятно, что там делать, понятно, как ситуацию выправлять, но все это вопрос времени.

«Должна быть четкая увязка между строительством дорог, строительством инженерных сетей и строительством жилых объектов»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Инфраструктуру нужно делать опережающими темпами»

Как предотвратить образование подобных жилых массивов в будущем? Мы видим, что население Казани и близлежащих районов быстро растет. Есть вероятность, что могут возникнуть новые болевые точки…

Решение будет в мастер-плане Казани. Мы делаем транспортное моделирование на всей территории, расширяем его до границ агломерации. Вторая модель прогнозирует баланс мест приложения труда и мест проживания. Все эти показатели просчитываются для каждой территории, чтобы не получились вторые Куюки. То есть для каждой территории мастер-план определит максимальные объемы строительства жилья. Мастер-план уже определяет параметры правил землепользования и застройки, которые, в свою очередь, жестко диктуют возможные объемы застройки на территории. К этому будет приложен четкий график строительства жилья, увязанный со строительством улично-дорожной сети, инженерной инфраструктуры. Должна быть четкая увязка между строительством дорог, строительством инженерных сетей и строительством жилых объектов. Где инфраструктуру построили – там можно реализовывать жилье. Инфраструктуру нужно делать опережающими темпами. Об этом часто говорит Марат Шакирзянович Хуснуллин. Он употребляет хороший термин: «агрессивное развитие инфраструктуры», и он совершенно прав: сначала нужно подумать об инфраструктуре территории и только потом уже застраивать ее объектами. Или хотя бы делать это одновременно.

«Со временем тенденция к переезду за город все-таки пойдет на спад. Привлекательность подобного загородного жилья снижается именно по причине плохой транспортной доступности»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Тенденция к переезду за город все-таки пойдет на спад»

А как вы относитесь к модному тренду на покупку загородного жилья? Многие казанцы мечтают выехать из города и нередко реализуют эту идею, покупая индивидуальные дома в Лаишевском, Пестречинском, других соседних районах. Рядом с Казанью есть поселки, построенные по какому-то осмысленному плану, а где-то мы видим почти стихийную застройку. Как вы думаете, этот процесс будет продолжаться?

До определенного предела он будет нарастать. Эту тенденцию не прервать. Тем более что есть масса способов обойти все запреты. Например, «замечательный» закон о дачной амнистии позволяет человеку купить земельный участок, построить на нем жилье и зарегистрировать его как жилой дом. При существующем законодательстве с этим невозможно бороться. Что-то можно сделать через развитие общественного транспорта. Люди же создают маятниковую миграцию за счет того, что, допустим, везут в школу детей. Если на этих территориях будут появляться школы, то число поездок уменьшится наполовину. Но со временем эта тенденция к переезду за город все-таки пойдет на спад. Привлекательность подобного загородного жилья снижается именно по причине плохой транспортной доступности. Я сам лично знаю людей, которые, продав квартиру в Казани, построили индивидуальное жилье и совершили обратную релокацию. Причина – невозможно доехать до работы. Я знаю несколько семей, которые имеют загородное жилье, но живут там только в летний период либо уже его продали и вернулись обратно в Казань.

Есть ряд застройщиков и риелторских компаниях, которые дают достаточно агрессивную рекламу о продаже загородных домов площадью, скажем, 150 кв. метров по цене панельной «однушки» в Казани. Продвигается идея: продайте квартиру в Казани, купите дом за городом и будете счастливы. Про нюансы они не говорят.

Как и про гораздо большую стоимость эксплуатации такого дома. Любой собственник дома вам скажет, что в загородном доме – проблема на проблеме и они не заканчиваются. Это и вода, и электричество, и проезд, и прочее. Сказать, что какие-то из загородных поселков живут без проблем, – это неправда. Да, может быть, человек и купит дом по цене «однушки», но его эксплуатационные затраты возрастут в разы по сравнению с городской квартирой.

«Любой собственник дома вам скажет, что в загородном доме – проблема на проблеме и они не заканчиваются. Это и вода, и электричество, и газ, и прочее»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

Мы знаем, что вы занялись мастер-планом Иннополиса. Вроде бы городок не такой большой, жителей немного, для чего там нужно что-то корректировать?

Нужно скорректировать генеральный план, пусть и безотносительно размеров самого города. Он несколько совковый. Соответственно, необходимо внести изменения и в правила землепользования и застройки.

Что касается населения, то Иннополис не растет по достаточно прозаичной причине – до последнего времени там было только арендное жилье. Его нельзя было купить, и выпускники, окончившие университет, уезжали. Практически никто не оставался.

Во-вторых, выпускникам Иннополиса негде трудоустроиться. Налицо дефицит рабочих мест. Есть университет, есть небольшие технопарки – и на этом все. Сегодня Иннополис ставит перед собой задачу развития технопарков, опытных производств, строительство не только арендного жилья, но и жилья на продажу. Город может развиваться, у него есть потенциал.

Мы встречались с жителями Иннополиса. К моему удивлению, оказалось, что там есть целая группа людей, которая живет в Иннополисе, но не имеет отношения ни к университету, ни к особой экономической зоне. Это люди, которые, посмотрев разные города для жизни, выбрали именно Иннополис, потому что там комфортно. Для меня это было большим открытием. Этот слой жителей, несомненно, будет только расти. Насколько быстро это будет происходить – большой вопрос. Все-таки мы понимаем, что демография в Татарстане и в России в целом будет падать до 2030-го года. Кривая естественного прироста изменит направление к положительным значениям примерно к 2035-му году, не раньше.

Но в республику идет достаточно серьезная миграция…

Миграция есть, население республики растет. Мы анализировали динамику демографического развития – она показывает рост, но это не взрывное развитие. От 4,5 тысячи жителей Иннополиса, которые есть сегодня, дорасти даже до 50 тысяч человек – это вопрос не ближайших лет. А если мы называем цифры в 150-200 тысяч, то это совсем дальняя перспектива.

«От 4,5 тысячи жителей Иннополиса, которые есть сегодня, дорасти даже до 50 тысяч человек – это вопрос не ближайших лет»

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

Какой московский опыт вы переносите в Казань?

Есть опыт, рожденный в Москве, связанный с запретными территориальными зонами в ПЗЗ, тех самых, с буквой «Ф». Эта практика работает очень хорошо. Замороженные территории город постепенно «распечатывает». Кроме этого, есть определенные стандарты разработки градодокументации, которые мы сейчас внедряем в республике. Эти стандарты систематизирует процесс подготовки и генпланов, и ПЗЗ, и проектов планировки. Также они нужны для загрузки этих данных в ГИСОГД (электронную систему организации градостроительной деятельности). Все эти практики апробированы в Москве. Нужно сказать, что Москва в последние годы очень бурно развивалась, градостроительная практика там намного шире, чем в республике. Поэтому нам есть что перенимать. Важную роль должна сыграть та же градостроительная земельная комиссия, которая замечательно себя зарекомендовала в столице страны.

Если суммировать то, о чем вы говорили, то какие планы у Института в ближайшие 5-10 лет?

В ближайшие 5-10 лет – наведение порядка, организация системной работы. Такая достаточно нудная, бухгалтерская задача. Предстоит наладить систему контроля, систему информационного обмена, наладить систему ГИСОГД.

«Каждая территория республики получит систему своих оценок»

А что планируете на следующем этапе?

Следующий этап – это сопровождение работы по градостроительному развитию территории Республики Татарстан. Заработает система «Мониторинг градостроительной деятельности», которую мы сейчас разворачиваем. С ее помощью будем оценивать, в каком направлении развивается ситуация. Каждая территория республики получит систему своих оценок. Ежеквартально будем оценивать, где стало лучше, а где хуже – с дорогами, с социалкой. Это будет глобальная информационная сеть. Системе мониторинга будет посвящено отдельное постановление Кабинета Министров республики. Таким образом, планируем навести порядок и дальше уже мониторить ситуацию, смотреть, что с соблюдением норм градостроительства, где у нас что-то запаздывает, где всё нормально, где нужно что-то ускорить.

«Нужно также, чтобы наряду с городом развивалась и его периферия, прилегающие районы. Это работа на десятилетия»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Решения, которые Москва закладывала для себя в 1936-м году, реализуются только сегодня»

Когда мы начнем осязать, видеть результаты работы?

Это самый тяжелый вопрос. На Институт сейчас смотрят как на Гарри Поттера, который вынет волшебную палочку из рукава, взмахнёт ей, и все у нас станет замечательно. Нет, такого не будет. Предстоит нудная системная работа по наведению порядка. Это займет несколько лет. Нужно также иметь в виду, что те решения, которые мы выработаем, например, для Казанской агломерации, они тоже не реализуются за один-два года. Это многолетняя работа. Таких рывков, которые были во время подготовки к празднованию тысячелетия Казани, к проведению Универсиады, пока не предвидится. Нужно также, чтобы наряду с городом развивалась и его периферия, прилегающие районы. Это работа на десятилетия.

Для примера: те решения, которые Москва закладывала для себя в 1936-м году, реализуются только сегодня. То есть прошло почти сто лет. За это время сменилось не одно поколение. Наша задача – заложить сегодня все необходимые решения, закрепить их документами. Такие решения нужны, чтобы мы не потеряли транспортных коридоров, чтобы сбалансировали развитие территорий. Но это дело не одного года.

autoscroll_news_right_240_400_1
autoscroll_news_right_240_400_2
news_bot_970_100