Мозаичный Израиль

 Я была в Израиле пять дней, пять полных эмоций и впечатлений дней. Особенность поездки была в том, что я ездила не как турист, а в составе миссии журналистов-мусульман РФ, которых пригласил Российский еврейский конгресс (РЕК) по предложению левых и правых израильских политиков. Израильская сторона была честна в своих намерениях – посмотрите и решите сами.

Суть поездки президент РЕК Юрий Каннер пояснил так: «Ближневосточный конфликт преподносится однобоко и нуждается в честности, в объективном взгляде со стороны. И журналистов с «мусульманским бэкграундом» трудно обвинить в том, что они ангажированы. Благодаря этому проекту мы также хотим разрушить стереотипы, например, рассказать о том, что израильтяне – это не только евреи, среди граждан страны много и мусульман, и христиан, в том числе православных. Мы не считаем мусульман врагами».

Нас, главредов информагентств и обозревателей крупнейших СМИ России, все это время снабжали разной информацией: от истории до бесед с духовенством, журналистами и политиками. Израильско-палестинский конфликт начался еще до моего рождения, не мне предлагать рецепты его решения. Я пишу здесь только то, что увидела и осознала сама. Знаю одно – в отличие от других стран, где бывала, там мне было комфортно (несмотря на военное положение и постоянную напряженность). Видимо, Святая земля все же берет свое – здесь действительно каждый чувствует себя как в колыбели.Сказать, кто прав, кто виноват в затянувшемся конфликте, не могу. Но я стала лучше понимать евреев с одной стороны и арабов – с другой. Но мне, сразу скажу, сложно понять их рознь через призму личного опыта. Я живу в Татарстане, мои лучшие подруги – русская и татарка. Здесь моя соседка Вера говорит на литературном татарском языке, а на Пасху другая соседка Чулпан с мужем Алексеем несут мне кулич и крашеные яйца, и на их «Христос воскресе!» я отвечаю «Воистину байрам!». Наконец, мой добрый друг Леонид Толчинский – завсегдатай фестиваля татарской песни и знает наизусть подзабытую многими классическую песню «Кара урман». Такие отношения в Татарстане являются нормой, а то, что другие не могут жить в мире, – не вписывается в мою систему координат. Впрочем, у израильских политиков на эту проблему есть свое мнение, которое приведу чуть позже.

Безопасность

Алфавит жизни израильского государства начинается именно с этого слова. Нет, никто не кидался к нам в Иерусалиме или Тель-Авиве с требованием предъявить документы. У вездесущих людей в форме глаз наметан, существуют протоколы и директивы по использованию оружия. И если в транспорте или на улице города вас останавливают или просто интересуются вашими делами «вежливые люди» – это считается нормой. Здесь привыкли к философии «лучше предупредить ЧП». Строго говоря, плотно пообщаться с силовиками нам пришлось всего пару раз – на дорогах спорных территорий и в Старом городе при входе на Храмовую гору. Причем на пути на пятничный намаз в Аль-Аксу (третье по святости место ислама) мы прошли двойной контроль: сперва пограничники Магава и полицейские Миштара полчаса выясняли цель нашего визита, затем, уже на входе, служащий мусульманского ВАКФа проверил наше знание ислама и указал на выбившуюся из-под платка прядь моих волос, после чего пропустил на Храмовую гору.

В этой части Иерусалима живут бок о бок арабы и евреи, сосредоточены святыни трех религий, развернута уличная торговля, соответственно, и охрана правопорядка является приоритетной задачей. Причем наряду с государственными службу несут и частные охранники, в круг обязанностей которых порой входят не совсем привычные нам. Чего стоит одна сценка: нескончаемый тысячный поток мусульман после полуденного намаза из Аль-Аксы и навстречу им 8-летняя девчушка с ранцем в окружении двоих мужчин в бронежилетах и с оружием. Как пояснил наш сопровождающий, девочка – еврейка, идет из школы, а частную охрану оплачивает государство – здесь это в порядке вещей.

Службы безопасности – первые встречающие вас в Израиле, они же запоминаются своим усердием при прощании со Святой землей. Самую сложную процедуру мы проходили именно в аэропорту Бен-Гурион, и если проверка по прилету заняла 40 минут, то на вылете – почти 2,5 часа. От вопросов, как зовут наших родителей и сопровождавшего нас водителя, до выборочного личного досмотра вне зависимости от возраста, пола и национальности. Отмечу, что и багаж подвергся тщательному досмотру, но без личного присутствия: уже в России обнаружила, что вещи тщательно переложены и упакованы, а на память спецслужба аэропорта оставила открытку о цели проведения досмотра – ради спокойствия моего и других пассажиров, ради нашей безопасности.

Израиль – Палестина. Спорные территории

Да, все знают, что у Израиля нет четких границ. Но когда едешь по спорным территориям как по зебре и каждый десяток километров меняется ответственность Израиль – Палестина со всеми вытекающими последствиями, становится неуютно. Эта часть по напряженности разделена на три зоны: А, Б, С. Когда твой гид-еврей меняет водителя-еврея на араба (все они – граждане Израиля) и, пытаясь не нагнетать, в некоторых ситуациях шепотом объясняет, что сейчас была небольшая патовая история, но мы ее прошли позитивно, по позвонку пробегает дрожь. Усиленные блокпосты, тотальный контроль и вездесущие люди в форме с оружием действуют, как ни парадоксально, успокаивающе. Возникает некая иллюзия стабильности.

Самый популярный на сегодня инструмент террора здесь не бомба и не человек с поясом смертника. На смену крупным организованным терактам пришли более эффективные одиночки с ножами. В день происходит в среднем два нападения. Уже после нашего отъезда произошел теракт в Тель-Авиве, когда араб напал с ножом и убил двух и ранил одного человека. И буквально следом у палестинского города Наблуса и еврейского поселения Ариэль палестинка с ножом напала на израильтянку.

По подсчетам СМИ, жертвами арабских атак за два месяца стали 17 израильтян. Экстремистские группировки сильны: семья террориста получит отступные за смертника. Но в то же время жизнь показывает, что логика и элементарное чувство самосохранения часто берут верх. Пока мы были на спорных территориях, в соседнем районе расстреляли машину, в которой ехала еврейская семья. Отца и сына не удалось спасти, хотя если бы проезжающая мимо палестинская «скорая» остановилась, ситуация могла бы разрешиться не столь трагично. Так вот, по рассказу местных журналистов, отец 28-летнего стрелка, который оказался участником террористической группировки, сам сдал на утро сына силовикам – ради будущего семьи.

Справедливости ради отмечу, что провокаторов хватает с обеих сторон.

Идеология + бизнес = стабильность

В районе палестинского Наблуса и еврейского Ариэля мы тоже были – в соседней промзоне Баркан в Самарии. Здесь 160 заводов, совокупный экспорт приносит около 100 млн. долларов. На производствах занято 7,5 тыс. человек. Это и израильтяне и палестинцы. Они бок о бок работают на одних станках, получают одинаковую зарплату и самый большой страх для них – потерять стабильную работу. Такая опасность возникла недавно.

Как рассказал нам председатель регионального совета Самарии, один из ключевых функционеров партии «Ликуд» Йоси Даган, по этому добрососедству двух народов больно ударит недавнее решение Евросоюза маркировать израильские товары, произведенные на территориях. Это неминуемо приведет к снижению спроса на продукцию и, как следствие, падению доходов тех же палестинцев, составляющих абсолютное большинство рабочих в израильских промзонах Самарии, уверен он. Все просто: сокращение производства приводит к сокращению персонала. «У Европы, как и у Америки, часто лицемерная позиция. Раздражает, когда они считают себя вправе вмешиваться в чужой конфликт, ослабляя наши позиции по всем спорным вопросам: по Иерусалиму, пустыне Негев, Галилее и Самарии», - заметил политик. После решения ЕС, добавил Йоси Даган, Израиль и Россия стали еще ближе друг другу, ведь против РФ также введены европейские санкции.

К слову, один из заводов Баркана производит детали для систем кондиционирования, и Казань они знают хорошо – сотрудничеству с татарстанской компанией больше десяти лет. Однако владелец сокрушается, что за последний год сократился общий объем поставок в Россию – сказывается кризис. Как будет развиваться бизнес, на котором работают уже два поколения палестинцев и израильтян, после введения злосчастной маркировки ЕС, он даже боится прогнозировать.

Более привычным нам по ментальности был единственный арабский поселок между Иерусалимом и средиземноморским побережьем Абу-Гош. Здесь совместно живут иудеи, христиане и мусульмане, нет межнациональных конфликтов и одним из любимых понятий является толерантность. Любопытный факт: здесь находится единственная в Израиле мечеть с четырьмя минаретами, вмещающая в себя до 1,5 тыс. человек. Построена она была при поддержке главы Чечни, носит имя Ахмада Кадырова. И это не случайно, ведь мусульмане Абу-Гоша – чеченского происхождения, они поселились здесь еще в Средневековье. Местные жители сохранили культурный код, воспитывают детей в духе терпимости. Символично, что даже главную магистраль здесь назвали улицей Мира.

Журналисты, дети и соцсети

Работа журналистов в этом регионе – тема особая. По их словам, работа на передовой уличных конфликтов трансформируется затем в нешуточные баталии в соцсетях, где громче всех с площадной руганью выступают диванные политики. И эта война не имеет ни смысла, ни логики.

Военный корреспондент Андрей Кожинов с русскоязычного 9 телеканала Израиля прошел не одну горячую точку, более того, живет в зоне постоянного конфликта. Профессионал, старающийся сохранить принципы журналистики вне зависимости от ситуации, признает, что войну в соцсетях он не готов принять. Его репортажи настолько задевают то одну сторону, то другую, что в итоге он просто удалил страницы в социальных сетях из-за нескончаемого потока негативных реакций. Всем не угодишь, а профессиональную этику Андрей блюдет жестко. Кстати, он признался, что сложней всего ему было работать на горящем Евромайдане в Киеве, где не было четкого правила не стрелять в журналиста. Он постоянно находился на грани – и среди протестующих, и среди силовиков. В Израиле же он побывал в каждой конфликтной точке. И ему, еврею, из чувства самосохранения порой приходилось, работая в тех же лагерях беженцев, скрывать свою национальную принадлежность и гражданство. Кстати, о профессиональной этике здесь помнят не все – недавно коллеги с арабского телеканала грозились сдать Андрея беснующейся толпе.

Андрей родом из Казани, закончил 122-ю гимназию, уехал из России в 90-х годах. Когда я вручила коробку чак-чака из Казани, военкор-израильтянин растерялся. Привет от малой Родины застал его врасплох, как мне показалось, чуть-чуть пробив брешь в его эмоциональной броне.

Арабист, экс-тележурналист, а ныне депутат Кнессета, представляющая «Сионистский блок», Ксения Светлова в разговоре с нами также отметила негативно-пропагандисткую роль соцсетей в нынешнем конфликте. По ее словам, насмотревшись в том же «Фейсбуке» роликов ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация – прим.Т-И) с кричащими заголовками «Повтори подвиг героя!», дети хватают ножницы и нападают на своих ровесников иной веры и национальности. И это пугает. 

Отмечу, свою популярность и поддержку населения Ксения получила благодаря работе журналиста. В качестве спецкора 9 канала она освещала войну в Персидском заливе; вела репортажи с американского авианосца, из Сирии, Ливии и Малайзии; с похорон убитого Премьер-министра Ливана Рафика эль-Харири, что едва не стоило ей жизни, когда в толпе началась давка. Вела прямой эфир с каирской площади Тахрир в те дни, когда там насиловали западных журналисток. Многократно брала интервью у Ясира Арафата, лидера ХАМАС шейха Ахмеда Ясина и Махмуда Аббаса.

И снова за политику…

Свое видение процесса выхода из кризиса нам с готовностью озвучивали многие политики. Однако единого и быстрого решения нет. Слишком много интересов сплелось в конфликтном узле, чтобы его можно было бескровно разрубить.

В частности, председатель Кнессета, по сути, третий человек в стране, Юлий Эдельштейн («Ликуд») считает, что израильское общество слишком мозаично, чтобы резко принимать решения. «Диалог между евреями и арабами идет нелегко, - признался политик. - Для арабских переговорщиков он иногда даже опасен: были случаи, когда они бесследно пропадали по пути на наши с ними переговоры. Меня же, когда слышат, что я принимаю арабских депутатов, максимум матерят в «Фейсбуке».

«Мир строят, как пирамиду. Есть частные инициативы, когда бизнесмены пытаются наладить бизнес-партнерство, чтобы показать, что это может быть обоюдно выгодно. Мы же, парламентарии, можем работать по позитивным вопросам на своем уровне, например, что нам мешает сотрудничать по вопросам окружающей среды, водным ресурсам, - приводит пример Эдельштейн. - Если мы начнем решать вопросы вместе, продвигать их, то это будет строительством платформы для взаимного доверия, чтобы потом уже премьеры и президенты могли обсуждать более тяжелые темы».

Экс-депутат Кнессета от партии «Наш дом Израиль», представитель Израиля во Всемирном координационном совете общественных организаций российских соотечественников, уроженец Казани Леонид Литинецкий уверен, что в разрешении конфликта основная роль – за выходцами из СССР. «Русские» израильтяне – единственная группа, которая может решить еврейско-арабский конфликт, - процитировал он высказывание лауреата Нобелевской премии по экономике Роберта Аумана. - Те, кто родились в Советском Союзе, мыслят нестандартно, они более мотивированы, занимают более активную позицию. Изначально они социально уязвимы, поэтому у них больше желания чего-либо достичь».

Он озвучил и позицию своих однопартийцев: «Мы считаем, что все попытки решить конфликт в плоскости Израиль – Палестина себя изжили. Нужно подключить к переговорному процессу еще две стороны: умеренные арабские страны (например, Лигу арабских стран) и израильских арабов, которые имеют паспорт и гражданство Израиля, чтобы один раз принять решение, как мы дальше живем».

P.S.

#ВместеПротивТеррора

Эти пять дней мы не только смотрели, ощущали, впитывали, анализировали. Наше пребывание в Израиле совпало с терактом в Париже, трагическими нападениями на территориях Израиля и Палестины. С коллегами мы решили присоединиться к акции против идеологов и организаторов этих убийств, сфотографировавшись с плакатами с хэштегом #ВместеПротивТеррора.

«Истинно верующие люди никогда не совершат подобное, ведь лишение жизни невинных людей противоречат канонам и ценностям ислама. Сегодня все мы, вне зависимости от нашей конфессии и национальности, должны быть вместе против террора», - уверен мой коллега, руководитель отдела национальных проектов МИА «Россия сегодня» Радик Амиров.

Затем во время посещения знаменитого мемориала Яд Вашем в Иерусалиме мы возложили венок с надписью «От российских журналистов-мусульман России» к стеле борцам еврейского сопротивления, почтив таким образом память евреев-жертв Холокоста, героев-антифашистов и Праведников народов мира, среди которых много мусульман. Всех их вне зависимости от веры, убеждений и национальной принадлежности объединяло одно – они хотели мира.