news_header_top_970_100
16+
news_header_bot_970_100

Мнение//ТАТАРСКИЕ ГЕНЫ В РУССКОЙ ИСТОРИИ//4 августа, №31

“Не могу точно сформулировать, что значит быть татарином, а не русским, но я физически ощущаю различие. Наша татарская кровь бежит быстрее, она всегда готова закипеть... В нас есть своеобразная мягкость и в то же время горячность наших предков, этих прекрасных немногословных всадников. Мы представляем любопытную смесь нежности и жестокости – сочетание, редко встречающееся у русских…”.

Руфольф НУРИЕВ

На раннем этапе становления Великорусского государства тюрко-татары сыграли выдающуюся роль. Местные князья с удовольствием приглашали их к себе на службу, наделяя землёй и разрешая исповедовать мусульманство. Многие татарские аристократы командовали крупными соединениями русских войск: например, царевич Шах-Али в Казанских походах и Ливонской войне или царевич Мухаммед-Эмин во времена противоборства с Литвой. Но постепенно, к концу 17 века, политика властей в отношении мусульман стала изменяться. Вчерашние военачальники и землевладельцы вынуждены были креститься, иначе они теряли земли и титул, а, следовательно, возможность участвовать в политической жизни страны. Зловещую роль в процессе христианизации аристократов-мусульман сыграл Пётр 1. Именно в результате его указов начались гонения в отношении татарских мурз. Однако не имел ли и сам первый российский император какого-либо отношения к татарам? Пращуры матери Петра I – Натальи Кирилловны Нарышкиной, происходили от вышедшего на Русь в середине 15 века крымского татарина Нарышка. Согласно материалам А.Х.Халикова, опубликованным в книге “500 русских фамилий булгаро-татарского происхождения” на исходе 15 века Нарышкины приняли православие, “но даже во второй половине 16 века… сохраняли связь с тюркским миром, о чём свидетельствуют имена: Яныш Нарышкин… и Мураз Янышев сын Нарышкин...” А в 17 веке, как мы знаем, родился Пётр. Если исследовать родословную его матери по женской линии, то мы опять же столкнёмся с татарами. Далёкий предок бабушки Петра 1 – А.Л.Леонтьевой, мурза Батур, в начале 15 века выехал из Орды. Приняв крещение, он дал начало многочисленной поросли дворян Леонтьевых немало послуживших своему новому отечеству. Ни сколько не походил Пётр на своего отца – царя тишайшего, Алексея Михайловича Романова. Тот был человеком рослым, дородным, с полным располагающим к себе лицом и голубыми глазами. Шествовал он всегда важно и чинно, по характеру был добр и незлопамятен. Много времени проводил в молитвах и, вообще, был человеком набожным.

По размаху политической деятельности и величию своего государственного ума Пётр походил на Бориса Годунова, по полководческим талантам, твёрдости, решительности и даже жестокости напоминал Ивана Грозного. Но всё это были представители различных династий. Что же роднило Петра с этими великими русскими государственными деятелями? Немногое,… но кое-что было. Например, во всех троих текла татарская кровь. Дворянский род Годуновых происходил от мурзы Чета из Золотой Орды. От него же вели свой род бояре Сабуровы. Мать Ивана Грозного – Елена Глинская происходила от потомков темника Мамая, переселившихся в Литву после поражения на Куликовом поле. Получив во владение город Глинск, они приобрели далеко не татарскую фамилию, однако не утратили своих воинственных наклонностей. К примеру, наиболее известный представитель рода - Михаил Глинский, по мнению историка Н.М Карамзина, считался в Литве не только знатнейшим вельможей, но и одним из лучших полководцев и государственных деятелей, что он не раз подтверждал на деле, например, разбивая крымских татар. Жаждой власти и неукротимостью поведения Иван Грозный напоминал свою мать, её дядю - Михаила Глинского, да, пожалуй, и своего далёкого предка темника Мамая. В то же время Иван представлял некий контраст на фоне отца и деда, которые хоть и обладали определёнными талантами, но не имели такой резкости в характере и законченности в своих действиях. Они не всегда шли до конца. Кое-что унаследовав от предков со стороны отца, Пётр 1, как и Иван Грозный, больше походил на свою мать – Наталью Кирилловну Нарышкину. Российский император был высок, строен, имел смуглое лицо и тёмные глаза. Внутренними качествами он сильно отличался от царя тишайшего. С резким характером Пётр сочетал твёрдую решительность. Движения его были уверенны, походка быстра и порывиста. Вскипая в минуты ярости, он часто давал волю своему безудержному гневу. Деятельность его отличалось, прежде всего, активностью. Всё это не нравилось большинству бояр. Они видели в Петре человека чуждого им не только своими реформами, но и всем своим поведением. А ведь именно стереотипы поведения, во всяком случае, по мнению академика Л.Н.Гумилёва, во многом определяют этническую принадлежность. Здесь уместно ещё раз вспомнить слова Рудольфа Нуриева: “Наша татарская кровь бежит быстрее, она всегда готова закипеть… Мы представляем любопытную смесь нежности и жестокости – сочетание, редко встречающееся у русских…”

Мысль о том, что Пётр I был похож на родственников своей матери, высказывалась ещё известным дореволюционным историком В.О. Ключевским: “Пётр уродился в мать и особенно походил на одного из её братьев, Фёдора. У Нарышкиных живость нервов и бойкость мысли были фамильными чертами” (В.О. Ключевский “Русская история”, кн. 2, Москва, 1993).Фамильные черты Нарышкиных проявлялись у их потомков, и после смерти Петра. К примеру, А.К. Нарышкина, жившая в 19 веке, была: “… брюнетка с выразительными тёмными глазами овально-продолговатой формы немного монгольского типа, как и весь склад лица. Талия была безукоризненна и движения грациозны... “Живым ключом била в ней жизнь и оживляла, скрашивала всё её окружающее…” (В.И.Федорченко “Императорский дом. Выдающиеся сановники: Энциклопедия биографий”, том 1, 2000год). Горячая татарская кровь. Конечно, в истоках она имеет не азиатские орды кочевников Бату хана, а завоёванные монголами народы южноевропейского расового ствола. Именно они по данным антропологов составляют значительную часть поволжских (понтийский вариант средиземноморской расы) и крымских (переднеазиатский вариант балкано-кавказской расы) татар. Именно их кровь “всегда готова закипеть”. Именно они горды и честолюбивы, темноволосы и темноглазы, именно их фигуры стройны, а черты лица правильны. Монголоидные типы входят в состав поволжских татар только в виде примесей и уже в довольно ослабленном виде. (Для сравнения: к средиземноморской расе принадлежат итальянцы и испанцы. Так называемые “живость нервов и бойкость мысли” особенно распространены в Италии и Южной Франции, где средиземноморская раса преобладает). Конечно, современные татары Поволжья и Приуралья не всегда соответствуют вышеописанному типу. Они веками смешивались с представителями финно-угорских народов, которые как раз отличаются спокойствием и умеренностью в своём поведении. Однако нарастание южноевропеоидных черт в большинстве случаев коррелирует у татар с эмоциональностью и честолюбием. Не могу с точностью утверждать, что именно от татар Пётр унаследовал все свои основные качества, но бесспорно, определённое влияние татарских генов на внешность и характер первого российского императора можно уловить.Я сделаю небольшое сюжетное отступление, и мы ненадолго перенесёмся во времена Киевской Руси. В жилах многих русских князей текла половецкая кровь. Наиболее известный среди них – Андрей Боголюбский. Он был сыном Юрия Долгорукого и половецкой княжны, внуком хана Аепы. Князь унаследовал от своей матери черты внешности, характерные для половцев, казахов и отчасти для современных татар. Речь идёт о южносибирском антропологическом типе, который как примесь можно уловить в облике князя. Об этом мы можем судить по скульптурному портрету, сделанному антропологом М.М.Герасимовым. Андрей был умным, предприимчивым политиком и талантливым военачальником. Вот краткая характеристика его деятельности: “При этом он оставался человеком жёстким и самовластным. В методах его правления было много нового, прежде на Руси невиданного. Со своими братьями Андрей обошелся как истый самовластец.

(Окончание следует)

autoscroll_news_right_240_400_1
autoscroll_news_right_240_400_2