news_header_top_970_100
16+
news_header_bot_970_100

Минстрой о реформе градостроения Татарстана: «Мы предотвратили застройку не по правилам»

С этого года Минстрой Татарстана забрал у муниципалов часть градостроительных прав. Зачем это было сделано, почему инвесторам чаще всего отказывают в выдаче разрешений на строительство, когда система «нормально» заработает, «Татар-информу» рассказал заместитель министра строительства, архитектуры и ЖКХ РТ Владимир Кудряшев.

Минстрой о реформе градостроения Татарстана: «Мы предотвратили застройку не по правилам»
Владимир Кудряшев рассказал, почему Минстрой Татарстана забрал у муниципалов часть градостроительных прав
Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Это не наше ноу-хау и не новшество, которое республика придумала»

– Владимир Николаевич, почему возникла идея забрать полномочия у муниципалитетов?

– Потому что возникли предпосылки к принятию такого закона – передачи части полномочий. Обращаю внимание на слово «части» – мы не все полномочия у муниципалитетов забрали, даже в области градостроительной деятельности. Хотя в стране есть очень много примеров, где полномочия практически полностью переданы на уровень субъекта, например, в Московской области.

Вообще более 60 субъектов в той или иной мере полномочия муниципалитетов подняли на уровень региона. Это не наше ноу-хау и не новшество, которое республика придумала. Мы, наоборот, пошли уже по проверенному пути, по которому часть регионов идет уже не год и не два. Та же Московская область.

– Что в итоге «подняли» наверх?

– К тем девяти полномочиям, что у нас были, таким, как разработка схемы территориального планирования, добавились двенадцать. В том числе это утверждение генпланов, правил землепользования и застройки (ПЗЗ), выдача градостроительного плана земельного участка (ГПЗУ), разрешений на строительство (РНС) и на ввод объекта в эксплуатацию (РНВ).

– Что осталось у муниципалитетов?

– Достаточно много. Все, что связано с благоустройством территории, размещением рекламных конструкций, принятием решения о сносе самовольной постройки, согласованием архитектурно-градостроительного облика объектов, признания жилья аварийным и так далее.

Мы забрали только то, что, по-простому говоря, влияет на объемы строительства – жилищного, социального. То, что влияет на развитие в части транспортной, инженерной и социальной инфраструктуры.

– Это не касается строительства частных домов?

– Все, что связано с индивидуальным жилищным строительством, как было за муниципалитетами, так и осталось. Это вообще носит уведомительный характер. Разрешение получать не надо. Уведомляешь, документы прилагаешь о начале строительства с проектом и в конце уведомляешь о завершении строительства.

«В республике этот вопрос назрел. Есть очевидные вещи, которые у всех на слуху, – это, например, Куюки»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

Проекты «Лаишевский узел» и «Большой Зеленодольск» будут скорректированы

– И все же зачем надо было ломать ту структуру в республике, которая была? Ведь, как прозвучало недавно на заседании комитета Госсовета РТ, «раньше предприниматель работал с администрацией и они друг друга понимали»?

– Потому что в республике этот вопрос назрел. Есть очевидные вещи, которые у всех на слуху, – это, например, Куюки. Из-за того, что появились населенные пункты, которые переуплотнены, в которых не хватает дорожной, социальной инфраструктуры. Жители-то не виноваты в этом.

Поэтому было принято такое решение – не то что ломать устоявшуюся структуру, а скажем так – применить другой подход.

Был создан Институт пространственного планирования, который разработал мастер-план Казанской агломерации, который уже прошел все стадии согласования и в ближайшее время будет направлен на утверждение. Сейчас они занимаются разработкой мастер-плана Камской агломерации – итоговый вариант тоже должен быть утвержден к концу года. Затем будет Альметьевская агломерация.

Все это делается для того, чтобы территории сбалансированно развивались, были упорядочены все виды застройки – не только жилой, но и коммерческой, промышленной. И чтобы все это было увязано со Стратегией социально-экономического развития Татарстана.

– То есть за счет передачи полномочий можно будет остановить хаос с застройкой, например, около Казани.

– Давайте возьмем Лаишевский район. Сейчас по утвержденным ранее документам – генеральным планам муниципалитетов, проектам планировок – уже согласовано строительство порядка 9 млн кв. метров жилья. Это не говорит о том, что разрешения выданы. Но потенциально здесь хотели построить такое количество жилплощади.

Институт пространственного планирования РТ проанализировал территорию – у них есть свои расчетные модели – и пришел к выводу, что даже с учетом различных предлагаемых решений по транспортному обеспечению более 4,4 млн кв. метров там просто на сегодняшний день территория не позволит построить. Или будет полнейший коллапс.

Институт сейчас корректирует в соответствии с мастер-планом генпланы, ПЗЗ всех приказанских районов.

Но, кстати, где-то будет серьезное уменьшение, как в Лаишевском районе. А например, в Зеленодольском районе – наоборот. Было запланировано одно количество миллионов квадратных метров, Институт на основе анализа представил, что там можно больше построить. То есть это не говорит о том, что везде планы будут урезаны.

– Проекты и «Лаишевский узел», и «Большой Зеленодольск» будут скорректированы?

– Да, будут скорректированы как минимум по этапности освоения. Институт будет определять, какие нужно провести мероприятия для того, чтобы можно было реализовать определенное количество квадратных метров жилья. Построить для этого, например, развязку, расширить дорогу или провести дорогу-дублер. Тогда можно строить большее количество жилья. Опять же, не забывая об обеспеченности инженерной инфраструктурой, детскими садами и школами, поликлиниками.

«Все это делается для того, чтобы территории сбалансированно развивались, были упорядочены все виды застройки»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

Загвоздка оказалась в кадрах и объеме полномочий

– Если есть проблемы в том же Лаишевском или Пестречинском районе, зачем надо было забирать, например, полномочия у Агрыза или Апастово – они бы спокойно развивались на своем уровне?

– Дробить территорию смысла нет. Нужно, чтобы все работали по одним правилам. Чтобы муниципалитеты понимали: правила установлены для всех.

И, кстати, кроме Казанской агломерации есть и в других вопросы – к примеру, в Камской: в Мамадышском и Тукаевском районах. Куюки просто у всех на слуху.

– Закон был принят в конце прошлого года, с 1 января вступил в силу, и на министерство свалился вал заявок.

– Готовили мы закон, на самом деле, не за месяц и не два, а начиная с весны 2023 года. Впервые об этом заявили на итоговой коллегии министерства в январе 2023 года. Было подготовлено обращение на имя Раиса РТ и, соответственно, было принято решение.

Почти год мы занимались подготовкой этого закона. Он был непростой, были разные вариации – какие именно забирать полномочия у муниципалитетов. Было много обсуждений и замечаний, мы доработали документ, и он был принят без замечаний. Более того, мы подготовили всю нормативно-правовую базу.

– Так, если вы подготовились, почему возникли проблемы?

– Тут две составляющие. В изначальном варианте на первом этапе не предполагалось, например, забирать на уровень республики ни услугу по выдаче градостроительного плана земельного участка (ГПЗУ), ни выдачу разрешений на строительство (РНС) и ввод в эксплуатацию (РНВ). Мы рассчитывали, что сначала будет небольшой отдел в министерстве, работа в течение определенного времени будет отлажена, и потом постепенно мы забрали бы у муниципалитетов и РНС и РНВ.

В ходе работы над законопроектом решили, что надо передавать полномочия на уровень республики в комплексе.

– А вторая составляющая?

– Кадровая. В министерстве был создан отдел по взаимодействию с территориальными органами. Планировалось, что в штате будет работать 84 человека, в том числе должны было быть создано 67 территориальных органов министерства на местах.

Мы столкнулись с целым рядом проблем. Людей в районах нужно было перевести с муниципальной на госслужбу. И если в прошлом году было послабление – можно было принимать на работу без конкурса, то в этом году его не продлили. Чтобы трудоустроить человека, требовалось минимум 50 дней, с учетом тестирования, собеседования, конкурса. Далеко не все решили пройти этот путь. Кто-то терял в зарплате.

Сталкивались мы и с таким, что в муниципалитетах передавали пустые ставки. Ставка есть, а человека-то нет. А нам конкретный специалист нужен.

В первый месяц работы отделы мы собирали заявки для проведения конкурса. Их поступило всего три.

С 1 июля в министерстве будет создан Департамент развития территорий

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

В Минстрое с июля появится Департамент развития территорий

– То есть отдел не заработал?

– Заработал, но не в том виде, в каком хотели изначально.

Мы решили пересмотреть структуру, обосновали ее, и Раис РТ пошел нам навстречу. С 1 июля в министерстве будет создан Департамент развития территорий. У него будет три отдела прямого подчинения: отдел выдачи ГПЗУ и сведений из системы обеспечения градостроительной деятельности, отдел градостроительных разрешений (РНС и РНВ) и отдел обеспечения деятельности комиссии по землепользованию и застройке, заседания которой мы и сейчас раз в неделю проводим.

Также в департаменте будет управление развития агломераций. Мы поделили все районы кустовым способом на 7 зон. Это отдел развития Казанской агломерации – все сотрудники будут сидеть вместе с начальником здесь у нас в министерстве, как и работники трех отделов прямого подчинения начальнику департамента.

Отдел развития Альметьевской агломерации будет в Альметьевске, центр отдела развития Заволжья будет в Буинске, отдел развития Камской агломерации будет в Нижнекамске, отдел развития северо-западных районов – в Богатых Сабах, отдел развития юго-западных районов – в Алексеевске, а отдел развития северо-восточных районов – в Мензелинске.

Мы встретились со всеми главами, обговорили эту схему работы. Районы очень позитивно откликнулись, сразу нашли нам помещения, сейчас закупаем мебель и технику.

Более того, у нас в четырех из семи агломерационных отделов штат укомплектован процентов на 80. В остальных меньше половины, но занимаемся комплектованием.

– Что произошло ­– только что вы не могли набрать людей и вдруг они появились?

– Во-первых, мы по-другому распределили штат. Изначально предполагалось, что в районе будет один, максимум два человека. Но это неудобно – специалиста нельзя заменить, нет контроля за дисциплиной.

Второе – с июля это будут не работники терорганов, а сотрудники аппарата министерства. Зарплата таким образом стала привлекательной. Поэтому люди идут, и мы набираем штат.

Сейчас работает 34 сотрудника, в середине июня в штате будет уже 47 человек, в июле – как минимум 60. Всего в департаменте развития территорий будет 84 человека.

На самом деле, у нас структура на бумаге поменяется, а люди уже и сейчас есть.

– А в районах достаточная квалификация у людей?

– Из 84 человек специалистов первой категории, которым не требуется высшее образование, всего 7. Все остальные ставки как минимум требуют высшего образования.

В приоритете профильное образование. Но это не обязательно должен быть архитектор или градостроитель. Мы берем экономистов, юристы очень востребованы, именно в нашей работе.

«На общих объемах отказы не отразились. Нет такого, чтобы стройка встала. Ничего не встало, все строится»

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

«С заявителями, которым отказали, у нас сотрудники выходят на связь»

– Сколько в итоге поступило заявок?

– По тем полномочиям, которые мы забрали, – 9,2 тыс. заявок (по данным на 7 июня, – прим. Т-и). Может быть, нам неверные данные дали, но за весь прошлый год поступило 13 тыс. заявок, а у нас за 5 месяцев – 9,2 тыс. И количество заявлений только растет, так как сейчас строительный сезон.

– За чем чаще всего обращаются?

Больше всего просят выдать градостроительный план земельного участка – ГПЗУ. Таких обращений 7,6 тыс. А этот документ не такой и простой, не зря на него 14 рабочих дней дается – сотрудники собирают и анализируют всю градостроительную информацию, делают запросы, выписки из ЕГРН, чтобы понять, нет ли там каких-то ограничений, наложений ЗОУИТов (зон с особыми условиями использования территории, – прим. Т-и), не накладываются ли какие-то охранные зоны. Много всего.

Следующая услуга по количеству – предоставление сведений из ИСОГД (Информационная система обеспечения градостроительной деятельности): более 1 тыс.

Далее – разрешения на строительство: 647.

– Минстрой критиковали за то, что заявления на РНС подолгу рассматриваются и по ним большой процент отказа – на уровне 65%.

– Из всех поступивших заявлений на выдачу разрешений на строительство большая часть отработана – более 90%. При этом выдано 198 РНС, а отказано в 386 случаях.

– Почему отказываете?

– По целому ряду причин. Это неполный комплект документов. Львиная доля отказов, потому что представлены не все разделы проектной документации.

Или нестыковки – прописан в ГПЗУ один вид разрешенного использования участка, по документам ПЗЗ – другой вид разрешенного использования. Мы при таких нарушениях не можем выдать.

Низкое качество проектов – это тоже. Бывает, что прикладывают ГПЗУ и в лучшем случае на полстранички описание проекта. А должны быть заполнены все разделы, приложены изыскания, если они требуются, техусловия, проект организации строительства. Мы же не на ИЖС выдаем разрешение.

Приходит, например, заявка с просьбой начать строительство магазина. Ни изысканий, ни техусловий – ничего. Магазин площадью 1,5 тыс. кв. метров из монолитного бетона. Это огромный магазин, а документов нет. Как мы должны оценить проект? Поэтому мы заявку возвращаем.

Но, на самом деле, с заявителями, которым отказали, у нас сотрудники выходят на связь. Говорят, чего именно не хватает. Если заявитель оперативно приносит документы и устраняет замечания, ему выдается разрешение.

«Львиная доля отказов, потому что представлены не все разделы проектной документации»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Отказ – это тоже решение, только отрицательное»

– А эти отказы отразились на объемах строительства?

– На общих объемах не отразились. Нет такого, чтобы стройка встала. Ничего не встало, все строится.

Но скажу по-простому: на тех 386 объектах, которые должны были начать строить, стройка не началась. Но не потому, что мы протянули или затянули, по абсолютно объективным причинам – отказы были объективные и обоснованные.

То, что мы отказы выдали, в моем понимании, это не негативный момент, а наоборот, очень позитивный. Потому что мы предотвратили застройку, которая чему-либо не соответствовала. Мы же хотим, чтобы все правильно было.

– Не пугает, что было в тех 13 тыс. заявках, которые рассматривали муниципалитеты?

– Поскольку это были не наши полномочия, мы напрямую не мониторили, как выдавали разрешение на строительство. Мы отвечаем за то, что видим мы сейчас. Как это было раньше – выдавали они с такими документами или не выдавали, мы не знаем. Статистики по отказам у нас за предыдущие периоды нет.

– Большой процент отказов в выдаче разрешений на строительство, а что по другим заявкам?

– Их практически нет. Только по разрешениям на строительство.

– При такой нагрузке на министерство, как сейчас, вы укладываетесь в регламент – выдача РНС за 5 рабочих дней?

– Мы максимально стараемся выдерживать регламент.

Сейчас в работе находится 63 заявки из 647, по 198 заявкам разрешение, как я сказал, выдали, 386 – отказы.

Но для понимания – отказ выносится только после проверки документов. То есть что выдать разрешение, что выдать отказ – времени столько же занимает.

– То есть отказ – это тоже решение.

– Да, просто отрицательное.

– Как вообще можно подать заявление?

– Через МФЦ, портал «Госуслуги», через региональный портал госуслуг. И есть очень маленькая доля тех, кто сдает документы в канцелярию министерства в бумажном виде.

– А можно сделать так, чтобы документы у заявителя на РНС не принимались, если нет полного комплекта?

– Мы договорились поменять систему работы в МФЦ. Раньше сотрудники могли отправить нам заявку с неполным комплектом документов. А у нас, еще раз повторяю, рассмотрение займет ровно столько же времени, как если бы они с полным комплектом загрузили информацию, и мы бы и разрешение выдали.

Мы договорились, что сотрудники будут иметь некий чек-лист. Если каких-то документов не будет хватать, они будут просить дополнить комплект, чтобы отправить в министерство.

«Дробить территорию смысла нет. Нужно, чтобы все работали по одним правилам. Чтобы муниципалитеты понимали: правила установлены для всех»

Фото: © Владимир Васильев / «Татар-информ»

«Сегодня рассматривается больше заявок, чем поступает»

– То есть де-юре департамент заработает в июле, де-факто уже сотрудники работают и рассматривают заявки.

– Сейчас рассматривается 85-90 заявок в день только нашими сотрудниками. Чтобы работа шла быстрее, мы привлекли для подготовки документов по ГПЗУ около 30 сотрудников смежных организаций. С ними мы уже обрабатываем не 85, а 150 заявок в сутки.

Мы уже «в минус» вышли – фактически сегодня в день рассматривается больше заявок, чем поступает. Багаж «просрочек» начал уменьшаться.

В июне, когда придут дополнительные сотрудники, мы прогнозируем, что будет рассматриваться 170-180 заявок в день точно. В июле выйдем на 240-250.

– И когда вы планируете ликвидировать «просрочку»?

– Мы планируем сделать это к августу.

– А почему нельзя все автоматизировать?

– Нужно, чтобы ГИСОГД (Государственная информационная система для обеспечения градостроительной деятельности, – прим. Т-и) заработала в полной мере. Над этим работаем с Институтом пространственного планирования и Минцифры РТ.

Сейчас в автоматическом режиме мало что происходит. Например, по ГПЗУ. По идее надо, чтобы заявка пришла, ее автоматически зарегистрировали, автоматически ушел запрос в Росреестр, другие ведомства. Чтобы программа сама проанализировала, подтянула ПЗЗ, генплан, проект планировки, все ограничения, ЗОУИТы, чтобы программа сама все это проанализировала и выдала заключение. Это идеальная система, к чему нужно стремиться, чтобы программа сама формировала это ГПЗУ на 5-7 страницах.

– Нужно программу разработать?

– Программа есть. Проблема в первичных данных. Только процентов 15 ПЗЗ находится в ГИСОГД в нужном формате. Они либо в растре – как картинка, либо в векторе, но не в том формате, который нужен в ГИСОГД. Нужно, чтобы сама система была заполнена оцифрованными документами в том формате, который необходим для нее. Но это время и деньги. Мы над этим работаем. Институт сейчас занимается оцифровкой проектов планировок. В перспективе такая система заработает.

autoscroll_news_right_240_400_1
autoscroll_news_right_240_400_2
autoscroll_news_right_240_400_3