Фидаил Свой: «Люди не понимают смысла татарского рэпа и предпочитают русский»

«Первую песню написал, когда лежал со сломанной ногой. Начал сочинять от безделья»

– Фидаил, иногда к занятиям творчеством подталкивают какие-то события в жизни. Как было у тебя? Почему ты начал сочинять песни?

– Меня тоже подтолкнули события в моей жизни, чувства, которые я переживал. В какой-то момент они приняли форму стихов, а потом я начал петь их под музыку. Каждая моя песня – это какое-то событие, мысли, чувства, жизнь. Если бы не было событий, не было бы песен. А без песен не было бы событий.

– Сколько тебе было, когда ты написал свой первый трек?

– Первое четверостишие я написал в 7 лет, оно до сих пор лежит где-то дома. А первую песню сочинил в 16, и она была на русском. Особого значения ей не придал, но ее слушали мои друзья. После этого стал писать еще и еще.

Ту первую песню написал, когда лежал со сломанной ногой. Можно сказать, начал сочинять от безделья. Мой друг сказал тогда в шутку: «Чтобы продолжать, придется тебе сломать и вторую». Спустя пять дней я сломал вторую ногу и написал очередную песню. Спасибо тебе, Ильяс!

– Помнишь свое первое выступление перед большой аудиторией?

– Это было в школе, в 10 классе. У меня уже вышло несколько песен, многие их слушали, даже учителя заинтересовались моим творчеством. В школе на встрече выпускников спел про любовь. Им, наверное, странно было слышать такую песню. Если честно, мне и самому это было странно.

– Ты и в целом больше поешь о любви. А что для тебя любовь?

– Поддерживать друг друга. Многие говорят, что любовь можно найти. Но мне кажется, что любовь – это когда ты, случайно встретив человека, понимаешь, что он твой, что он подходит тебе. Бывает, люди семь лет встречаются, любят друг друга, но расстаются, а другие встречаются несколько месяцев, потом женятся и до конца жизни остаются вместе. Я раньше удивлялся, как это люди за короткое время привыкают друг к другу и начинают отношения. Теперь понимаю, что узнать, твой это человек или нет, можно и за месяц, и за два месяца, и за пять лет.

– Твои песни о любви посвящены кому-то?

– Да, каждая песня – касающаяся кого-то отдельная история. Но не все они о событиях моей личной жизни, что-то основано на рассказах близких друзей. Еще интересно, что, выпустив песню, посвященную определенному человеку, я перестаю с ним общаться. Так было буквально с каждой песней.

– Если будешь и дальше посвящать песни, значит, вообще перестанешь общаться с людьми?

– Нет уж, для этого надо написать семь миллионов песен. Это было бы классно – написать семь миллионов песен.

«Хотелось бы, чтобы государственному языку обучали не только журналистов и учителей татарского»

– Рэп появился как часть уличной культуры. У тебя нет желания писать об улице, о жизни пацанов?

– У меня есть песни про друзей, про их сплоченность. Например, трек «Навсегда», написанный на русском. А писать об уличной жизни желания нет.

– Как считаешь, исполнять рэп, продвигать его – сложнее, чем другие жанры?

– Сложно не исполнять рэп, а сочинять. Рэп – это плотная ткань из слов, нужно много мыслей, суждений, все слова должны быть связаны между собой и не должны повторяться. Не знаю, как у других, но именно исполнять и выпускать в народ песни в этом жанре для меня трудности не составляет.

– Почему татарский рэп не так востребован?

– Люди не понимают смысла татарского рэпа. Они предпочитают рэп на русском. Сейчас ведь и в целом практически везде русский язык, татарский не так востребован – может быть, причина в этом. Это мое личное мнение, как на самом деле, я не знаю. Я и сам говорю на татарском только с друзьями или когда приезжаю в деревню.

– А почему мало говоришь на татарском?

– Во время учебы люди в моем окружении не знали татарского, на работе сейчас тоже не знают, поэтому приходится общаться на русском. Я четыре года учился на нефтяника, все предметы были на русском. Наверное есть и такие, кто учится на татарском, – журналисты, учителя татарского языка. Хотелось бы, чтобы государственному языку обучали и людей других профессий.

– Как популяризировать татарский рэп?

– Надо выпускать больше песен в этом жанре, рассказывать о рэперах. И желательно, чтобы они тоже заявляли о себе, продвигались, шевелились немного. Сейчас ведь такое время – того, кто не шевелится, не знают.

Среди моей аудитории есть люди, которые слушают мои песни, даже не зная татарского. Девушка, слушая наш совместный с Исламом Ханнановым трек, выучила 15 татарских слов. Неплохой показатель, я считаю.

– Кого из татарских рэперов ты сам слушаешь?

– Люблю слушать Шакура. Если рэп – это некий мир, то Шакур для меня – его отец. Слушаю татарские песни Альберта Нурминского и сам стараюсь сочинять в этой тематике. Также нравится группа Ittifaq. Слушаю Ислама Ханнанова, мы с ним друзья, у нас есть дуэты.

– Как познакомились с Исламом?

– Случайно. Когда я записывал свои песни у Ленара Яшена, Ислам записывал свои сам. И однажды он предложил мне записать песню вместе. Я согласился, но наш «план» как-то затянулся и не был реализован. А потом я два года не занимался творчеством, ничего не писал.

Как-то мы ехали с Исламом из Казани, он дал мне послушать мелодию, предложил вместе написать песню. Я подобрал слова, и через несколько дней мы сделали трек. Так начали работать вместе.

Еще интересно, что наши песни всегда пишутся в разных локациях. Например, записали трек дома, пробуем записать следующую там же – не получается.

«В свободное время играю на компьютере, подрабатываю таксистом»

– Ты сказал, что брал двухлетнюю паузу. Не жалеешь об этом?

– Да, было сожаление. Если бы не остановился тогда, и песни мои, и сам я были бы более известными. Но ничего не поделаешь, пришлось начинать «заново».

– Как ты придумал псевдоним «Свой»?

– Честно говоря, я его не придумывал. Мой первый трек, как я уже сказал, был на русском, и я думал, как себя представить. Пробовал даже какие-то детские прозвища, по своему имени – «Федося», например, но ничего не нравилось. А тут друг, которому я отправил эту песню, говорит: «О, классно получилось, свой пацан». Так я и стал «Фидаил Свой».

– Люди не спрашивают, почему псевдоним не на татарском?

– Бывает. Когда зовут выступать на мероприятия, на тот же Сабантуй, объявляют «Фидаил Свой» и я выхожу и пою на татарском, – мне и самому иногда это кажется странным. Но псевдоним все равно не хочу менять, он мне нравится.

– Чем еще занимаешься, помимо исполнения песен?

– Раньше с удовольствием играл в футбол, сейчас, после операции на ноге, даже если очень захочу, не смогу заниматься этим спортом. В свободное время играю на компьютере, подрабатываю таксистом. Люблю отдыхать на природе, рыбачить. А так работаю на складе в одной компании.

– Остается время на творчество?

– Мне и не нужно много времени, чтобы вдохновиться и написать песню. Если в голове появляется мелодия, записываю ее на диктофон, потом, когда есть время, все это переслушиваю, собираю – и получается песня.

– Не было желания бросить всё и уйти целиком в творчество?

– Такие мысли иногда возникали. Конечно, было бы здорово лежать на природе у костра, заниматься только творчеством под пение птиц. Но этим мне не прокормиться, поэтому приходится еще и работать (смеется).

– А сколько ты зарабатываешь своими песнями, если не секрет?

– Пусть это останется секретом.

– Сердце Фидаила Своего свободно?

– Да, свободно.

– Какие девушки тебе нравятся?

– Воспитанные, умные, искренние, без «маски». Которые показывают себя такими, какие они есть.

Фирюза Гиниятова, «Интертат», перевод с татарского