X

Евгений Гришковец расцеловал сцену театра в Казани и анонсировал роман в «дамском формате»

На спектакль-пролог к книге «Театр отчаяния. Отчаянный театр» в столице Татарстана поклонники писателя приехали даже из Екатеринбурга.

(Казань, 26 марта, «Татар-информ», Оксана Романова). В Казани, на сцене театра Камала, писатель, драматург и актер Евгений Гришковец представил моноспектакль «Предисловие», ставший сценическим прологом к роману «Театр отчаяния. Отчаянный театр». При полном зале, который после трехчасового монолога утонул в овациях, Гришковец поцеловал ладонь и, преклонив колено, касанием символически передал этот поцелуй казанской сцене. Очевидцем жеста стал корреспондент ИА «Татар-информ».

Для Казани «Предисловие» – не премьера, автор уже приезжал в Татарстан с этим спектаклем и презентацией романа в июне прошлого года. Тем не менее среди зрителей в этот вечер были даже поклонники с Урала. Несмотря на восьмичасовую дорогу в Казань из Калининграда, где живет Гришковец, писатель дополнительно пожертвовал не менее получаса своего времени для автограф-сессии с восторженными зрителями.

Первая же шутка вечера досталась встретившей Гришковца вчера в Казани непогоде. Драматург напомнил, что «Предисловие» – его седьмая театральная монопостановка, а за 20 лет творческой деятельности ему посчастливилось «не отменить ни одного концерта».

«Я был уверен, что город Казань прекрасен при любой погоде. Сегодня я в этом усомнился…» – начал он общение с залом, поблагодарив присутствующих за то, что они пришли на концерт.

Затем в узнаваемой манере легкого предупреждающего стеба просьба отключить звук сотовых телефонов незаметно превратилась в шутку о том, что «ничтожно малое количество людей, страдающих кашлем, идут к врачу – в основном они идут в театр или в кино».

Спектакль «Предисловие», как следует из официального анонса, поясняет, как писался роман «Театр отчаяния. Отчаянный театр» и что переживает автор, излагающий мысли на бумаге.

Для зрителей сценический пролог – это признание и проговаривание на публику самых болезненных и унизительных воспоминаний автора. Среди них – служба на Тихоокеанском флоте на острове Русский с издевательствами старших по званию, нелепой почти потерей указательного пальца правой руки, «обработка» бандой мошенников в конце 1990-х в аэропорту «Домодедово»…

Драматические эпизоды, погружавшие зал в звенящую тишину, а порой – даже в оцепенение ужаса, незаметно сменялись милыми зарисовками из прошлого, легко вызывавшими у зрителей смех узнавания себя или представителей своего окружения.

«Сам удивляюсь. Все время хочу сделать что-нибудь трагическое, а люди все равно смеются», – сказал уже после спектакля, подписывая книгу одному из поклонников, Гришковец.

Произвольное изложение эпизодов собственной биографии – путь понимания единственно возможного призвания писателя, актера и драматурга. Спектакль сопровождается архивным видео 16-летнего Гришковца, еще не нашедшего себя, и его фотографиями из прошлого. На мгновения действие на сцене становится очень частным, очень конкретным, подбираясь, возможно, к грани нарциссизма. Но вскоре сосредоточенность на судьбе автора резко уменьшилась, а зрители вновь смогли примерить происходящее на сцене к собственной жизни.

Очаровательная неожиданность – пантомима, которой, как выясняется во время спектакля, Гришковец научился еще в старших классах школы. Юношеская гибкость, с которой он двигается в свои 52 года, рождает улыбки восторга и овации. К финалу спектакля композиция его замыкается на давно полюбившийся фрагмент из ранней монопостановки «Как я съел собаку», когда герой темным зимним утром выходит из подъезда дома, направляясь в школу.

Во время автограф-сессии корреспондент ИА «Татар-информ» спросил писателя, не является ли роман и спектакль-пролог к нему своего рода подведением итогов и завершением творческой деятельности. «Нет! Нет, конечно, это никакое не завершение!» – поспешил заверить Евгений Гришковец.

Он также признался, что для него роман «Театр отчаяния. Отчаянный театр» стал определенного рода этическим рубежом. Впервые написав о своей службе на Тихоокеанском флоте, он спустя десятилетия рассказал своим родителям о происходивших тогда событиях. «Не то что было страшно – было отчаяние. Казалось, что это не кончится никогда – вот эта ужасная часть. Я впервые это написал. Родители прочли это впервые, они ничего не знали о том, как это было», – пояснил писатель.

Со сладким презентом с Урала в небольшой деревянной коробочке, стилизованной под посылку, на концерт из Екатеринбурга приехала Юлия Косарева. Счастливая после нескольких секунд общения с кумиром девушка поспешила в обратный путь, прижимая к себе книгу с автографом.

Ставя подписи на титульных листах изданного в нестандартно большом формате романа, Гришковец сказал, что поступает много «намеканий» по поводу этой книги от женщин, которые не могут носить ее в сумочке из-за веса. «Новое издание будет включать две книжки обычного формата. А то руки, говорят, накачали – полтора килограмма!» – пообещал драматург.

Несмотря на предостережение концертного директора о нежелании касаться критической перепалки с Сергеем Шнуровым, Гришковец во время спектакля упомянул группу «Ленинград». По его словам, мат песен музыкального коллектива не дотягивает до «кружева словообразования», свойственного матерщине боцмана Хамовского на острове Русский.

Писатель также заявил, что по-прежнему наслаждается Калининградом, в котором поселился, уехав из родного Кемерова, и не планирует менять место жительства. Чемпионат мира по футболу прошлым летом, добавил Гришковец, пошел городу только на пользу – появился «фонтан потрясающий и много чего еще».