Артемьев о победе над Карлсеном: «Когда он сдался, видно было, что Магнус был расстроен»

О Карлсене: «Он сначала долго улыбался, начал смеяться, потом как-то нервно крутил головой»

– Вы недавно вернулись с чемпионата мира, который проходил в Катаре. Поделитесь своими впечатлениями: остались ли довольны своими результатами?

– Я действительно три недели назад вернулся с очередного международного турнира. Изначально стоит сказать, что в Катаре проходили два отдельных турнира в рамках чемпионата мира – по быстрым шахматам и по блицу. Наиболее удачно для меня прошел первый турнир. Я вошел в тройку призеров и занял второе место. А вот блиц сложился тяжелее, но, тем не менее, я играл неплохо и занял 17-е место. В то же время это не такой плохой результат, потому что был очень сильный состав, где участвовали все ведущие шахматисты мира, а я изначально даже не был фаворитом по рейтингу.

– Насколько тщательно готовились к данному турниру? Изучали ли потенциальных соперников?

– Да, пришлось проделать определенную подготовку. У шахматистов есть база данных с партиями практически всех шахматистов мира. В нашем виде спорта тоже своя специфика. Мы просматриваем партии, стараемся найти слабые места и сильные стороны оппонентов. Стиль игры у всех разный. К примеру, одни любят действовать активно, другие, наоборот, играют вторым номером, а кто-то предпочитает оказывать давление.

– Вы к какому стилю себя отнесете?

– У меня скорее универсальный стиль – по крайней мере, хочется верить в это (улыбается). Считаю, что у меня манера игры ближе к классической, то есть я люблю переходить в эндшпиль, постепенно усиливать позицию, у меня много затяжных партий. При этом я не люблю, когда присутствует какая-то нестабильная ситуация. А есть шахматисты, которые готовы бороться с первых ходов.

– На чемпионате мира вы выиграли партию у норвежца Магнуса Карлсена. Он как раз таки известен тем, что любит оказывать моральное воздействие на своих соперников. Поддавались ли вы на его провокации?

– На меня это не влияло. В целом он достаточно корректно себя ведет. В процессе игры я бы не сказал, что он делал что-то вызывающее. Просто если Карлсен проигрывает, то он может как-то себя эмоционально повести – к примеру, резко встать, ударить по столу.

– Вас это не пугает?

– Нет, потому что это привычно. Карлсен известный человек, и когда играешь против него, понимаешь, что в случае победы он может бурно реагировать. Тут еще важно отметить, что я играл против человека, который много лет уже в шахматном мире доминирует. Он привык выигрывать, и чемпионат мира не стал исключением. Естественно, такие люди, как правило, очень болезненно переносят поражения. Хотя они у них редко случаются, но тем не менее. Когда он сдался, видно было, что Магнус был расстроен. Поражение было действительно болезненным, потому что мы играли уже в середине турнира и после этого я обогнал его, кажется, на очко вперед. Там была еще история: уходя после партии, на эмоциях он оттолкнул камеру норвежского журналиста. Санкций за этим, правда, никаких не последовало, дело замяли, так как это было норвежское телевидение и оно приехало снимать как раз Карлсена.

– Какое впечатление испытали после победы над столь титулованным соперником?

– Я выиграл у Карлсена одну партию, причем в таком красивом стиле. С первых ходов я оказывал давление, хотя не могу сказать, что рисковал, в то же время старался действовать надежно. В принципе, я был не против и ничьей. Впечатления после победы над таким сильным соперником, конечно, были положительные, ведь он явный фаворит. Если взглянуть на рейтинги среди шахматистов, то у меня достаточно высокий рейтинг, но у Магнуса выше примерно на сто пунктов, а это приличная разница. После меня он вышел на серию и одержал пять побед подряд. В конечном итоге Карлсен занял первые места, причем в обоих турнирах.

– Были ли еще какие-то запоминающиеся партии?

– Если говорить про этот чемпионат мира, то во время турнира по быстрым шахматам у меня была тяжелая партия против индийского шахматиста Арджуна Эригайси. Если я не ошибаюсь, он входит в топ-10 классического рейтинга и по быстрым шахматам. Я имел плохую позицию, отставал по времени и был очень близок к поражению, но как-то удалось сразу не проиграть, выстоять, и у меня появились контршансы. В итоге эту партию я тоже выиграл. Она была очень важная, если бы я в ней уступил, то отлетел бы сразу позиций на десять.

Кстати, вспомнилась еще одна партия против Карлсена в 2022 году. Тогда я тоже у него выиграл. Он совершил серьезную и очевидную ошибку. Мы оба это сразу поняли. И когда я сделал ответный выигрывающий ход, он сначала долго улыбался, даже начал смеяться, потом как-то нервно крутил головой. Затем лег на стол и минуты две вообще просто находился в таком положении. После окончания партии он тоже выбежал потом. Причем интересно, что уже несколько раз именно я у него выигрывал, а во всех последующих партиях он либо одерживал победы, либо играл вничью.

О Большунове: «Считаю, что спортсмен высокого уровня должен стремиться к корректному поведению»

– С чего началось увлечение шахматами?

– Мой отец – кандидат в мастера спорта по шахматам. Первую культуру прививал мне он и был моим первым тренером. В первый раз, когда мы сели играть, мне вообще не понравилось, я даже доску в сторону отодвинул. Мой отец воспринял это спокойно. Через время мы снова попробовали. И на второй раз у меня уже появилась заинтересованность. После этого в шесть с половиной лет меня отдали на секцию, так и начался мой путь в шахматах. Я вообще всегда любил индивидуальные виды спорта.

– А за какими-то другими видами спорта следите?

– Время от времени слежу, не пристально. Новости спортивные читаю, недавно лыжник Александр Большунов, представляющий Республику Татарстан, выиграл гонку на Кубке России в Казани. В целом мне нравится этот спортсмен.

– Слышали ли о скандальной истории с участием Большунова, когда на одном из этапов Кубка России на финише он в отместку оттолкнул одного из спортсменов (Александра Бакурова)? Что думаете о его поступке, должен ли так поступать профессиональный спортсмен?

– Да, слышал, но подробно не вникал. Считаю, что спортсмен высокого уровня должен стремиться к корректному поведению. В то же время стоит помнить, что в профессиональном спорте много стресса, эмоций и ставки очень высоки, поэтому, на мой взгляд, все должны быть чуть добрее друг к другу, всякое случается.

– Есть ли в шахматном виде спорта понятие межсезонья? Как проводите свободное от соревновательной деятельности время?

– У шахматистов такой плавающий график. Перерывы бывают не очень длительные, примерно два раза в год. Как раз три недели назад я вернулся с чемпионата мира. Ближайшие соревнования, скорее всего, будут в марте, а пока я дома с семьей. У меня супруга и две дочки, так что свободное время стараюсь проводить с ними. Также люблю сходить в спортзал, в бассейне поплавать, недавно лыжный сезон открыл. У нас возле дома Горкинско-Ометьевский лес, и там есть лыжня.

– Вы живете в Казани на постоянной основе?

– Да, здесь я уже проживаю с 2018 года, а сам родом из Омска. Там же живут мои родители.

– Поделитесь историей переезда в Казань?

– В 2014 году я искал команду для участия в командном чемпионате России. Я посоветовался со своим отцом, и мы приняли решение обратиться в татарстанскую Федерацию шахмат. Здесь была сильная команда, в составе которой находились гроссмейстеры, и у меня у самого уже был приличный уровень. Мы написали, и меня взяли. Это было довольно неожиданно. Позднее, после окончания школы, я поступил в Казань, в Поволжский государственный университет физической культуры на педагогический факультет, и окончил его довольно успешно.

– Как ваша семья относится к тому, что вы довольно часто в разъездах?

– В этом плане мне немного проще, так как моя супруга мастер ФИДЕ (Международная шахматная федерация) по шахматам. Это довольно хороший уровень. В конце прошлого года она заняла третье место на чемпионате Республики Татарстан. Правда, сейчас супруга уже не так часто принимает участие в турнирах, сделала выбор в пользу семьи. Иногда мы выезжаем всей семьей на какие-то коммерческие турниры. На официальные соревнования и международные чемпионаты я чаще всего езжу один, так как это все же доставляет дополнительные неудобства.

– Вы с супругой играете в шахматы?

– В последнее время редко, а вообще – да, устраивали дома домашние турниры. В честной борьбе побеждает дружба (смеется). На самом деле и без того есть много других интересных совместных занятий: на шопинг сходить, в кино или в музей.

«Если шахматист входит в топ-100 лучших в мире, то можно очень хорошо зарабатывать»

– Какие из стран, на ваш взгляд, действительно сильные в шахматном мире?

– Думаю, Индия сейчас на очень хорошем уровне, Узбекистан и традиционно Россия.

– Думаю, многих интересует вопрос, на чем зарабатывают шахматисты.

– Если шахматист входит в топ-100 лучших в мире, то можно очень хорошо зарабатывать. В соотношении это выше среднего заработка, по крайней мере в России. Также каждый спортсмен, который входит в состав сборной, имеет ставку в Центре спортивной подготовки (ЦСП) в Москве. Я, кстати, уже много лет получаю там зарплату. Это, конечно, хорошая поддержка. Все ведущие спортсмены стоят на ставках в ЦСП. Думаю, шахматы в финансовом отношении где-то в середине.

– Складывается ли зарплата из призовых? И за чей счет выезжаете на международные турниры?

– В основном профессиональные шахматисты рассчитывают на призовые с турниров. Если есть зарплата или стипендия в спортивных учреждениях, то это очень хороший бонус. Что касается поездок на международные турниры, то хотел бы поблагодарить Федерацию шахмат Республики Татарстан за серьезную поддержку. В тех случаях, когда нет приема от организаторов, наша федерация часто компенсирует поездки, за что я очень благодарен и признателен.

– По какому принципу вы выбираете турниры, в которых собираетесь участвовать?

– У нас есть официальные турниры, такие как чемпионат мира, чемпионат Европы, командный чемпионат России. Это обязательная программа, в которой я принимаю участие каждый год практически. А также есть закрытые, так называемые коммерческие турниры. Если получаешь приглашение, то, как правило, решение об участии принимаешь самостоятельно.

– Как часто принимаете участие в коммерческих турнирах?

– По возможности. Кстати, у нас проходит много турниров, в том числе онлайн. Кроме того, шахматы вошли в программу киберспорта – это тоже очень интересно. Мне удалось отобраться на чемпионат мира. В прошлом году мы поехали в Саудовскую Аравию, проделали большой путь, встретились и играли за мониторами. Мы сидели друг напротив друга, но у каждого игрока был перед собой ноутбук и наушники. При этом мы сидели в зрительном зале. Правда, я выступил не слишком успешно, поделил с 13-го по 16-е место, а выиграл, как всегда, Карлсен. В целом интересно и в финансовом плане – хорошая возможность заработать. Думаю, у ведущих киберспортсменов заработки практически как у нынешних футболистов или хоккеистов.

«Очень сложно выступать в Европе сейчас»

– Каким образом происходят отборы на международные турниры?

– К примеру, чтобы попасть на чемпионат мира, который недавно проходил в Катаре, была рейтинговая планка. По-моему, нужно было иметь рейтинг не ниже 2550. А у меня как раз примерно 2700 (2697, – прим. ред.). На такие соревнования, как Кубок мира, идет отбор через чемпионат Европы. С Федерацией шахмат России очень интересная история произошла несколько лет назад. Дело в том, что мы перешли на азиатский континент – это, прежде всего, связано с международной обстановкой, то есть теперь наша федерация относится к Азии.

– В этом плане были какие-то сложности?

– Очень сложно выступать в Европе сейчас, есть моменты с одобрением виз, шенген стало сложнее получить.

– А в каком статусе российские шахматисты выступают на международных турнирах?

– В последний раз, когда мы выступали на чемпионате мира, на стол ставили флаг ФИДЕ. По сути это означает – нейтральный спортсмен, но в то же время никаких переходов нам делать было не нужно. Шахматы в этом плане выгодно отличаются от других видов спорта, нет серьезных ограничений. Ситуация в этом отношении улучшается, и, возможно, в скором времени нам даже в официальных турнирах не придется выступать под нейтральным статусом.

– У вас в связи с этим не было ли желания перейти под другой флаг?

– Нет, у меня не было такого желания. Я очень люблю Россию и комфортно себя здесь чувствую. Мне кажется, мне было бы сложно жить в другой стране, там другой менталитет. Тем более у меня все родственники и друзья проживают здесь.

– Как, кстати, у вас с английским языком?

– Владею, но не сказал бы, что в совершенстве. Во время международных турниров сложностей в общении, в том числе и с прессой, не возникает.

– На ваш взгляд, какую тенденцию можете отметить в современных шахматах?

– Если говорить про массовые шахматы – дела обстоят хорошо. Во многих детских садах и школах есть секции шахмат. Кроме того, появилось много приложений и сайтов по обучению и игре. Даже попадались на глаза исследования, насколько популярность шахмат растет именно по сети. Мне кажется, сейчас даже в футбол дети реже на улице играют. Что касается профессионального спорта, то после общеизвестных ограничений состоялось много переходов российских спортсменов международного уровня в другие страны и федерации, так что российский рейтинг спортсменов от этого значительно пострадал.

«Самая длинная партия в моей карьере длилась 7 часов»

– Что, на ваш взгляд, самое главное для победы в шахматах?

– Все индивидуально, но можно выделить основные моменты, которые для всех важны, независимо от стиля. Я думаю, нужно хорошо себя чувствовать, стараться высыпаться перед соревнованиями, быть сконцентрированным перед игрой, а также стараться отбрасывать в сторону эмоции, так как они порой мешают. И, конечно же, важны усидчивость и подготовка. Немаловажно быть в игровом тонусе, просчитывать комбинации, в целом быть немного точнее, чем твой соперник. Не обязательно играть постоянно на высочайшем уровне, достаточно просто быть лучше, чем соперник.

– Есть ли в шахматах спортивный возраст?

– Думаю, чтобы выступать на высоком уровне условно после 40 лет, нужно быть очень способным, талантливым шахматистом и готовым много тренироваться. В последнее время шахматы шагнули вперед в своем развитии, подготовка стала сложнее, чем 10-15 лет назад. К тому же соревнования – это стресс, людям более старшего возраста сложнее справиться с этим.

– Понятно, что вам до этого возраста еще далеко, вам всего 27 лет, но задумывались ли, чем займетесь после завершения карьеры?

– Мы живем в такое время, в которое сложно что-то заранее планировать. Пока я настроен продолжать спортивную карьеру. А после ее завершения мне бы, наверное, было интересно тренировать – это то, что мне близко и привычно, но не исключено, что рассмотрел бы что-то другое. К примеру, бизнес, хотя это рискованный путь, то есть нужно серьезно обдумать.

– Шахматы – это как раз таки вид спорта, который учит мыслить на несколько ходов вперед…

– В целом да, это помогает (смеется).

– Какая из дисциплин в шахматах вам ближе?

– Мне больше нравится играть в быстрые шахматы и блиц, потому что это более динамичные виды. В целом партия заканчивается намного быстрее, чем когда играешь в классику, потому что в классических шахматы одна партия может длиться 5 часов. А быстрых шахматах можно закончить даже за полчаса.

– А какая самая длительная партия была у вас за всю карьеру?

– У меня действительно были очень длинные партии, когда я играл как раз в классику. Неоднократно складывалось так, что с оппонентом мы сидели по 7 часов.

– Кого можете выделить из известных шахматистов, чья манера игры вам всегда импонировала?

– Мне нравился Анатолий Карпов. У него стиль очень классический, позиционный, и мне кажется, у нас есть что-то общее. Также мне нравились партии кубинского шахматиста Хосе Рауля Капабланки. Также отмечу американского чемпиона мира Роберта Фишера.

– Есть ли у вас тренер, с кем вы проходите определенный этап подготовки к соревнованиям?

– У меня есть тренер, к которому я могу обратиться. Правда, мы работаем не на постоянной основе. Он гроссмейстер довольно высокого уровня и сейчас уже практически не выступает. Имя и фамилию, к сожалению, назвать не могу. Многие шахматисты, на самом деле, стараются в тайне держать имена своих наставников, так как можно отследить определенные позиции, дебюты.

– Хотели бы задать вопрос, вызывающий немало споров: на ваш взгляд, шахматы – это спорт или игра?

– Если говорить про массовые шахматы, то это скорее игра, так как идет просто игровой процесс, нет больших целей и результатов. Если речь о профессиональных шахматах, думаю, это спорт, потому что люди профессионально готовятся и здесь довольно высокие ставки. По сути, футбол – это же тоже игра. Думаю, и про шахматы то же самое можно сказать. С другой стороны, в шахматах практически отсутствует сторона спортивной подготовки – в общем-то, довольно тонкая грань, никогда всерьез об этом не задумывался.

– Вы упомянули про физическую подготовку и выносливость. В шахматах спортивный режим ни к чему?

– В нашем виде спорта нет такого, что ты должен какое-то количество времени уделять физическим нагрузкам. Кажется, официально в документах есть пункт касаемо физподготовки, но думаю, это редко соблюдается, все индивидуально. Что касается режима, ранее я уже отмечал: сон и самочувствие – важны.